Найдя в контактной книге телефон солярия, Алина записалась на вечерний сеанс, перед этим нахамив знающему её по имени и отчеству оператору. Солярий для Алины был своего рода фетишем. «Чем чернее- тем идеальнее» - пожизненное кредо. В погоне за ним все средства хороши - автозагар, ультрафиолетовые лампы, и конечно же, классика - тот самый солярий, который все остальные городские «колхозники» считали устаревшим пережитком двухтысячных. Да что они знают о том самом чувстве, когда каждый квадратный миллиметр тела выплясывает румбу в свете ультрафиолета? Да что они знают о тех ощущениях, когда каждая пора медленно расширяется, запуская внутрь поток нескончаемого тепла? Да что они знают о том, насколько прекрасны эти моменты?
«Рак кожи... гав-гав-гав!... Посидев там минут пять ты умрёшь в тридцать, и на своих же похоронах будешь выглядеть как семидесятилетняя тигрица, не выпускавшая сигарету из пальцев ни на секунду своей жалкой жизни. Тот самый типаж вульгарно шутящих пенсионерок, выдыхающих пар тебе в лицо и рассказывающих очередной плоский анекдот!» Кэр никогда не поддерживала своеобразный фетиш лучшей подруги.
Али потребовалось пять минут, чтоб одетой вылететь из комнаты. Поскользнувшись на лестнице она привлекла внимание семьи, доедающей холодный десерт. - Сорбет из хвойной шишки, базилика и шпината - не поворачиваясь обрезала мать. Она узнала подкрадывающегося сзади человека по вульгарно пахнущим сладким духам - Будешь? - кинула она, заправив тёмную прядь за ухо.
Отец лениво перевёл взгляд с резко вбежавшей в столовую дочери на догорающую алую свечу. Протерев рот ладонью, он громко рыгнул после этого хрипло захихикав. «Фу, ненавижу... Ненавижу... Ненавижу... Как можно быть таким гадким засранцем?»- у Алины никогда не складывались отношения с собственным отцом. А как может быть по другому с человеком, при виде которого ты хочешь вырвать?
- Не буду - протараторила она, резко бросившись на выход.
Стуча каблуками по выстеленной розовой плиткой тропе и одновременно листая ленту Инстаграм, Алина умудрилась поскользнуться второй раз за вечер. - Дерьмо! - вскрикнула она, обхватив ладонью белоснежный кед на левой ноге. Осмотревшись по сторонам, хромая, Алина поковыляла к стоящему у высокого забора белому «мерседесу». Вокруг подъезда к особняку вырастали высочайшие колючие туи, грозно охранявшие территорию. Прямо за ними начинался оазис, мираж во плоти, подобный которому возможно встретить на страницах 1000 и одной ночи или тут. Мать Алины помешана на растениях и ландшафтном дизайне. Собственноручно, с разных уголков земного шара она привезла пёстрые цветочки и диковинные деревца, о которых в городе за трёхметровым забором слагали легенды.
Например, знаменитое драконовое дерево из подножья Тэнэрифского вулкана. Мать, прятавшую росточек этого монстра хотели арестовать прямо в международном аэропорту. Или алые розы длинной в человеческий рост. С ними уже помогли услужливые контрабандисты из Кито, незаконно похищающие ящериц с Галапагосских островов. Двухметровые розы для них плёвое дело.
В ботаническом саду принадлежавшем лишь трём людям можно было с лёгкостью заблудиться. С приходом темноты он становился мрачной пучиной, из которой найти выход почти нереально. Засосёт - и оставайся один на один с агрессивными бродящими по территории псами.
Телефон, находившийся в ладони Алины, разразился громким рингтоном. «Аноним» - белыми буквами загорелся экран. - Что за чёрт? - в полголоса спросила сама у себя Али, удивлённо смахнув блокировку вправо. Поднеся телефон к уху она мрачно обрезала: - Я вас слушаю. Ответа не последовало. Лишь удручающая тишина по другую сторону линии. - Ало? Кто это?
- Привет - грубый и одновременно писклявый голос наконец отозвался. Лишь по нему сразу стало ясно, что неизвестным собеседником является пожилая дама. Откашлявшись, старуха продолжила - Дорогая, мне нужна твоя помощь. - Кто это?