Хочется кричать, чтоб заглушить её визг. Она до сих пор сгорает. Кабинка наполняется жаром, будто она рядом. Ну а я знаю, что всё это фантазии, хоть и за последнее время граница между ними и реальностью стёрлась до прозрачности. Знакомое ощущение, словно каждый мой орган раздулся до размеров громоздкого воздушного шара. Хватаясь за живот, я пытаюсь не сдерживать рвоту. Наклоняюсь к толчку, в нос ударяет омерзительный смрад и я думаю что вот-вот вырву.
А эта стерва всё ещё визжит. Вижу ржавчину перед носом, или, возможно, это куски чужого дерьма. Открываю рот, рассчитывая на полное очищение организма. Стерва продолжает кричать. Ничего не выходит. Голова разболелась ещё сильнее. -Знаешь Веронику из одиннадцатого. Так вот... Кабинка сужается, начиная давить на меня. Как в фильмах про шпионов, выхода нет, я чувствую головокружение. Возможно у меня обостряется клаустрофобия. Плюю на брезгливость и сажусь на грязный пол. Руками обхватываю голову, пытаясь приглушить мерзопакостные голоса дуэта сплетников, схожие на фальшивую игру сувенирного банджо. «Мне точно нужно идти домой...» Ощущаю как медленно выключаюсь. Засыпаю, теряю сознание - неважно. Голоса наконец стихают. Должно быть на долю минуты я заснул, продолжая чувствовать жар и слышать крик. - Влад - это отдельная история. Глаза раскрываются так широко, что начинают болеть от яркого света. Два сплетника начали меня обсуждать. Интересно. - Никогда не понимал, почему его имя стало такой популярной темой. Да, он обнаружил труп и в его доме произошла какая-то ужасная фигня. Но, брось - это не причина для популярности. Обычно такие «жертвы» продолжают сидеть в тёмном углу столовой и тихо рыдают, думая о том что их жизнь отстой. - Выскочка, вот и всё. Ты тоже заметил как он задирается? - Да-да. - Подхватил волну брата. Все эти взгляды, ухмылки... Прямо хочется ему врезать! - Ангелина весь второй урок о нём трещала. Говорила что «он как результат, если бы любого парня из One Direction скрестить с кем-то из N’SYNC - просто идеал» - два парня как один раздраженно цокнули. Я улыбнулся, не буду скрывать. - И что они нашли в нём? Разговоры об этом засранце пришли на замену обсуждениям мажоров. - Типа всесторонне развит - это тоже Ангелина сказала. Цитирует Есенина, шутит отсылками из кино и умело пародирует Лиама Хэмсфорфта и Зака Эфрона. - Из какого фильма? - Да из любого! Я с ним хожу на факультатив по Театральному мастерству. Какая-то чувиха загадала ему самую второсортную драму у Эфрона, так он в точь-в-точь показал его персонажа оттуда! Все прямо ахнули! Да-да, было такое в пятницу. - И ещё его манера говорить, ты слышал вообще?! Хочется переехать его на внедорожнике каждый раз когда он улыбается и шутит цитатой из фильма или какой- нибудь книжонки! - парень причмокнул. У него это выходило лучше всего - так влажно и эмоционально. Громкий «Ч-М-О-О-К», уверен, сопровождается закатыванием глаз - Эти сучки на 100 % даже не понимают отсылок, но все равно ржут! Мне тоже это приходило но ум, хоть и отсылки у меня всегда до ужаса простые. Оказывается, для школы Дилана Грина этого достаточно. И оказывается, слышать о себе чужое мнение в туалете не так уж и обидно. Может быть даже немного льстит. - Все с ума сошли трандеть о нём. Ты хоть припоминаешь чтоб какого-либо новенького так обсуждали?
- Бесит. - Ужасно раздражает. Брезгливость вернулась и ударила в голову деревянным бумерангом. «Шмяк!» - я подскочил, в ужасе осматривая собравшуюся на белой плитке грязь. Пыль, следы от чего-то ботинка, окурок “Мальборо», фантики от шипучек. Миллионы кишащего микробами мусора. Фантазия рисовала их в деталях - с маленькими хвостами и глазками-пуговками. С ртами дырочками и острыми как лезвия бритвы зубами. Они голодно всматриваются в мою кожу, ожидая наилучшего момента. Хотят забраться на руку и присосаться, высасывая лучшие витамины тела. Я чувствую как они налипли на одежду, пытаясь смахнуть их с зада джинс. Случайно ударяясь об дверцу - разговоры стихают. Никогда не понимал себя и свою боязнь грязи. Её вроде бы нет, но когда появляется становиться по-настоящему не по себе. Я вижу миллионы антропоморфных созданий, напоминающих насекомых переживших трагедию Чернобыля. Закрываю глаза и пытаюсь возобновить дыхание. Вдох - они ещё бегают, я чувствую это - выдох - их становится меньше. Вдох - кажется потихоньку слезают - выдох - исчезли. Жар прекращается. Крик в ушах стих. Посидев в кабинке туалета я чувствую себя обновлённым - удивительная вещь. Выхожу хлопая дверью, и с улыбкой на лице осматриваю двух сплетников, на словах прямо члены опаснейшей банды изгоев. На деле: два неказистых хоббита. Коротенькие ножки скрывают широкие джинсы, кажется, что под ними лошадиные копыта как у кентавров. Низкий рост, должно быть на сантиметров десять выше чем первоклассники. Волосы словно облиты китовым жиром - не из-за того что блестят, а из-за ужасного вида. Мозг генерирует пафосную фразу, наслаждаясь выражением лица хоббитов, не ожидавших увидеть предмет своих обсуждений прямо за спинами. Они застыли, изучая меня хитрыми глазками-сканерами. Такой типаж обычно сразу же высматривает мелкие детали, пытаясь вырвать их из общего впечатления для дальнейшего сложения «нереальной» сплетни. Такой типаж обычно мнит себя самыми умными людьми на планете. Такой типаж обычно выливает свою желчь друг на друга, оставаясь в холодном одиночестве ни с чем. - Хоббиты, отправляйтесь обратно в норы - кидаю я - Совет: чтобы девочки начали вас обсуждать, хотя бы помойте голову. Мастерски расталкиваю парочку и прохожу между ними. В зеркале улавливаются открытые рты и шокированные физиономии. Чувствую, как смех несдержанно выходит тихим хрипом. Черемчур уж их видок кажется забавным. Перед тем как хлопнуть дверью, добавляю: - Не благодарите.