говорят мне окружающие - «Показалось». И я в это охотно верю, если честно. Ведь это необъяснимо - люди наблюдающие за убийством парня. Но как тогда объяснить то пронизывающее холодом страха прикосновение, почувствованное спиной? Кто-то хотел перевернуть меня на спину. Кто-то был за мной. И смирившись, закрыв глаза и ждав такой же участи, как у лежащего рядом бедолаги, я дрожал от холода, смешанного с испугом. Как вам такое? Как объяснить то, что я почувствовал телом? Или оно тоже меня обмануло?
«Что же я творю?» - размышляя я наблюдал за отбивающими фиолетовый свет на ночное небо прожекторами, видневшимися из-за плотной стены хвои - «Зачем мне возвращаться в самое ужасающее место моей жизни, от которого у меня до сих пор идут мурашки по коже?»
Наконец я открыл дверь машины, вдохнув свежий лесной воздух хвои и услышав громкие звуки хип-хопа, прорывавшие тишину леса. Под ногами в такт музыки тряслась земля. Я чувствовал как она пульсирует под светящимися кедами. Пора возвращаться туда, в загадочное Королевство Полной Луны.
- Чисто! - откашлявшись крикнул Ярослав - Бляха, тут дерьмом несёт похлеще чем из дырки в бабушкином селе! Мой напарник первый, как самый низкий из нас, залез в высокое узкое окно туалета сквота. Мы незаметно обошли здание по периметру, найдя окно в которое можно было бы пролезть. Вечеринка же закрытая, а я думаю вряд ли местный бодигард пустит нас лишь по одному цвету волос.
Так что и для меня этот сквот станет местом где я впервые попал на вечеринку через окно, еле протискивая зад через небольшое отверстие. Ярослав взял меня за руки и пытался вытащить из западни, в которую я легко попал, но не мог нормально вылезти. Сразу же, мне в нос бросился отвратительный запах разлагающегося, не смываемого месяцами дерьма. Тут им была заполнена каждая кабинка просторной убитой комнаты. Их подобие туалета больше напоминало санузел в очередной серии Ходячих Мертвецов. Не помню, показывали ли там туалеты, но почему- то апокалипсис у меня ассоциируется именно с «Ходячими».
Может быть, в мире Безумного Макса именно так и выглядят туалеты? Хотя, чего я ожидал от туалета старой заброшенной фабрики. Исписанные маркерами стены. Уродливые надписи тут повсюду, и я смог их лучше рассмотреть как только выскользнул из окна, ушибив локоть об грязнючий кафель. От одного лишь его вида меня бросало в брезгливую дрожь.
«Ecstasy меня увези» «Прости папа, я больше не трезв» «Lil Chuck был здесь» «XXX, я любил тебя» Миллионы странных надписей, видимо, написаных в самом не подходящем состоянии для внесения лепты в давнюю историю здания игрушечного завода, пытались донести до меня одну мысль: тут все явно под чем-то. И это что-то срочно надо найти, заснять посреди сквота и свалить, несясь по трассе посреди леса навстречу родному полицейскому участку. - Мы долго будем высиживать в сральнике? - саркастично спросил Ярослав, подходя к разбитой двери в ржавых потёках. Дверь отворилась. В неё, не видя ничего вокруг себя вбежал парень лет двадцати, такого зелёного цвета кожи, будто у него серьёзно обострён цирроз печени. Он, даже не заметив нас и не добежав до туалета, мерзкой густой зелёной жижей вырвал на грязный кафель и без того самого омерзительного санитарного узла моей жизни. - Десять вечера, а он уже угашенный. Серьёзно? - удивлённо спросил я. - Ещё секунда в этом месте, и я также как этот шрек прямо здесь обрыгаюсь - заявил Ярослав подходя к двери. Он одним лёгким движением ноги открыл её, впустив внутрь
громко игравшую музыку, звук смеха и очень интересный запах. Сладковатый, но при этом не приторный. Что же это такое? Ну конечно, марихуана. - Охота на компроматы объявляется открытой - заявил я, неуверенно выходя в коридор изрисованный цветными баллончиками и окутанный дымом от сигарет. Подправив цветные дреды я направился на встречу к источнику шума, туда где скучивалась шумная толпа: в главную комнату, где раньше конвейером изготавливали деревянные игрушки. Тут до сих пор в воздухе витал еле уловимый запах старинной краски, окрашивающей миниатюрные машинки и цветные кубики, которые так любили местные детишки. Сейчас же, если бы эти уже давно повзрослевшие взрослые увидели во что превратилась место рождения их любимых ностальгических игрушечек, то пришли бы в полный ступор.