проходящих мимо учеников и вообще были ВЕЗДЕ. Везде где только можно было разбросать листы. Коридор доверху забит ими. Наклонившись, Андрей взял один из них, повернув ко мне и показательно прочитав: «СЕНСАЦИЯ
Белая и пушистая малышка Кэр погрязла в отношениях с чёрным клеймом нашего города. Казнить или помиловать? Решать тебе, школа. Целую каждого Ловкая и «всегда-в-нужном-месте»
Ваша Леди V P.S. Что же будет блудной блондинке от семьи? Ставим ставки: выгонят из дома? Обрежут волосы? Может быть перекроют кредитку, и гламурные фотки за одну ночь превратятся в селфи с бутылкой пива и харкающими гопниками? В глаза бросился чёрно-белый коллаж из фото снизу текста, на котором были изображены Каролина и Валентин, сидящие за одним из столиков «Пауков Сумрака». Их лица освещал неоновый фонарь, висящий сверху. На первой лысый хулиган ласково положил руку, на которой виднелась яркое тату (смазанное из-за низкого качества печати), на щеку блондинке расплывшейся в улыбке. На второй он уже её целовал, при этом довольно улыбаясь. - Так и знала! - А я говорил что она именно такая! - Ты в неё был влюблён с третьего класса, а когда понял что она даже в твою сторону не смотрит назвал её шлюхой. - Я и тогда знал кто она на самом деле! На счёт новоиспечённой пары спорили все: мальчики, девочки и даже учитель литературы, облокотившийся об дверь и наблюдавший за ажиотажем в коридоре. Серая масса трансформировалась обратно в оживлённую шумную толпу. Им всем нужен был лишь предлог, чтобы прекратить скорбь. От вчерашней грусти и следа не осталось: лишь мрачное фото Давида у кабинета математики, розы под которым начали медленно вянуть. - Как ей удаётся менять крутейших парней раз в пол года? - Потому что она грёбанная блондинка выглядящая как грёбанная мечта с грёбанными тридцатью тысячами подписчиков в Инстаграмм. Теперь ясно? - Уже 29 тысяч девятьсот девяносто девять. Я от неё отписалась. - И я. - И я. Гул не стихал. Непонятный ажиотаж вокруг внезапной смены бойфренда популярной девчонки разгорелся до небывалых масштабов. И кажется, никого даже и не волновало что имя анонима распечатавшего письмо идентично вырезанной букве на теле Давида. Алая буква «V” красовалась в конце письма, выталкивая на поверхность чёткое воспоминание о той ночи. Крик. Шум. Толкучка. Запахи чужих тел, периодически не самые приятные. До сих пор, вспоминая концерт я начинаю задыхаться. И главное, распятый на кресте труп парня, который несколько часов назад знакомился со мной. Голова кружилась всё сильнее. Листки подлетали в воздух от сквозняка, создаваемого спешащими на пары учениками. - Макс так идеален. Как можно было променять его на это лысое нечто? - Девочки, один раз, когда он прошёл мимо я вдохнула его аромат. Я его помню даже сейчас. Я его даже нашла в парфюмерном, набрызгав на пробники и принеся домой. Это тот, который Джонни Дэп рекламировал. - Да всем посрать на твои приключения, фетишистка озабоченная. - А мне нравится Валентин. Он такой опасный, дерзкий и... таинственный. Я люблю загадочных. Распиналась компания в свитерах, которая чудным образом осталась сухой при температуре воздуха +20 градусов.
- Девчонки! Идёт! - воскликнула низкорослая девочка в оранжевом свитере, обратив внимание на другой конец коридора. Каролина - казалось бы, какой на вид должна быть девушка, на которую за утро высыпалось больше негатива чем на Бибера во время его первого альбома и Гитлера вместе взятых? Она должна сутулиться как женский вариант Квазимодо при этом нелепо потея. Всхлипывая, униженная девчонка должна смотреть в пол и только в пол, ловя недоброжелательные взгляды и вслушиваясь в новые сплетни. В волосах должны быть впутаны пожёванные жвачки, которые в неё кидает разозлённая толпа, а на щеках слёзы, падающие на белые листы бумаги лежащие на полу.