— Держись, брат! Добредем!
От произнесенных в слух слов горло разодрал кашель. Матвей сплюнул. Снова противный привкус во рту. Кровь почему-то все не унималась. А, черт с ней!
Пыль под ногами неожиданно дрогнула, ухнула, потащила в яму. Справа выросла стена, отшвырнув человека в сторону, словно пушинку. Матвей приземлился на больной бок и покатился, подгоняемый ураганом. В глазах потемнело. И эта кровь во рту еще… Откуда она там набирается-то?
Матвей сел, потряс головой, стараясь отогнать боль, снял рюкзак и заглянул внутрь "морозилки". С Чухой вроде нормально: свернулся клубком и уперся шипами в металлические стенки. Крови не видно.
— Живой? Молодчина! Добредем, я тебе шикарную похлебку сделаю! Хочешь уху? Ты ведь не пробовал уху, да?
Чуха неподвижно застыл колючим комком на дне.
— Дрыхни, дрыхни! Сейчас это самое лучшее для тебя.
Матвей закашлялся и сплюнул, тягучая слюна повисла на подбородке. Пилот машинально вытер ее тыльной стороной ладони и уставился на красную полосу. Кровь, черт ее, течет и течет. Не уймется никак Наверное, от жары что-то не хочет заживать.
— Ладно! — повторил он. — Я потом тебе расскажу про уху. И угощу. А ты оценишь, договорились?
Ежик опять промолчал. Матвей закрыл контейнер и взглянул на индикатор. Блок подзарядки хоть и старался вовсю помогать бороться "морозилке" с местной жарой, но силенок не хватало. Заряд опустился уже на четверть. Судя по состоянию Чухи, к блоку зверек еще не подключался, и если очнется… А может, и лучше, пусть очнется! И перекусит. А там можно будет что-то придумать.
Яма… Здоровая, кстати! Пыль текла с краев, заполняя провал. К стенке Матвей уже практически полз. Дышать было нечем. Это там, в метрах полутора над поверхностью пыли немного, а здесь густо.
— Сволочь!
Кашель. И снова кровь на губах. И спица в боку ставшая уже раскаленной кочергой, что неведомый палач крутит туда-сюда.
Пилот снял с головы тюрбан и замотал рот. Дышать легче не стало, но хоть кашель перестал. Край обрыва под стекающей пылью невысоко. Чуть больше метра. Будто провалился кусок поверхности. Может быть, так оно и есть.
Матвей снял рюкзак, с трудом поднял его, получив в бок вспышку сверхновой, и сунул под пылевой поток. Затем попытался забраться сам. Не вышло. Сделав пару шагов вправо, ощупал верх. Вроде бы немного ниже. И все равно, сил подняться не хватало. Вытащив нож, Матвей принялся на ощупь резать в стене ступени. Трех вполне хватит, если заставить колено согнуться хотя бы раз. Воткнув нож в почву над обрывом, пилот осторожно вставил ногу в углубление. Бок показался щекоткой, когда свою арию исполнило колено. Под закрытыми веками плескался огонь, в ушах стоял ватный звон, мысли смешались.
— А-ах!
Стиснув зубы, Матвей выпрямил ногу и подтянулся. Дальше прошло легче, боль притупилась, перестала хлестать по нервам.
Перекатившись, пилот с трудом встал. Шум отступал, огонь сменился красными кругами. Тут можно было дышать. Тюрбан на голову, немного воды…
Матвей потряс флягу, там осталось совсем чуть-чуть. Что ж, и идти, если верить навигатору, совсем немного: то ли десяток метров, то ли километр. Пилот допил остатки воды. Теперь надо вызволить Чуху. Матвей лег и пополз. Ему совсем не улыбалось провалиться в пыль по горло и остаться в ней навсегда. И все же это чуть не произошло, когда рука провалилась не найдя опоры. Пыль сдвинулась и поволокла пилота обратно к краю. Он выпустил контейнер и попытался найти опору. Удалось!
Опять на краю, но хоть не лезть вверх. Чуха! "Морозильник" должен быть где-то здесь. Под пылью. Тогда два шага в сторону, два! На четвереньках трудно правильно отмерять расстояния. Контейнера не было. Неужто Чуху снесло потоком обратно в провал? Матвей двинулся еще правее. Рука на что-то наткнулась. Рукоять ножа, которой он резал ступени. Забыл здесь, значит. Что ж, она под правой рукой, значит, нужно просто продвинуться дальше.
Пилот нащупал лямку в тот момент, когда рюкзак начал движение за край и пополз подальше. Уже метрах в десяти от ямы, Матвей попытался встать. Не вышло. И надеть рюкзак никак не удавалось. Что ж, придется двигаться на четвереньках и волочь контейнер за собой. Не страшно, осталось совсем немного. И так даже лучше, чем все время падать — Чухе меньше беспокойства.
Удлинив лямку, пилот пополз дальше. Ему почему-то стало очень жаль нож, оставшийся торчать в невидимом под пылью грунте. Подарок будущим археологам. Загадка для грядущих поколений.