– А дома?
– Дома паритет. У обоих совершенно одинаковые права, но разные обязанности.
– Я согласна. Куда сейчас?
– В кадры. Надо отнести приказ о назначении на должность и получить жетон пограничника. А то я себя без него голым чувствую.
– Можно приказ посмотреть?
– Наверно, можно. Я ещё и сам его не читал, давай вместе посмотрим.
– Ой, Стёпа, смотри, тут перед подписью Станислава Николаевича есть ссылка на выписку из вчерашнего приказа директора ФСБ. А Кузнецов сегодняшнюю дату поставил. Он что, ещё вчера всё согласовал, ещё до твоего возвращения?
– Сразу после. В Североморск я ещё вчера вернулся. И генералу об этом доложили. А сегодняшняя процедура – это, скорее всего, пустая формальность. Тут решающее значение имело возвращение в срок. Пойдём, решим побыстрее служебные вопросы и сразу домой. Мне ещё столько всего тебе рассказать надо. Завтра у меня выходной, и я, используя своё служебное положение в личных целях, разрешаю тебе тоже не выходить на службу. Будем готовиться к свадьбе.
Глава 18
Хеппи-энд?
Полтора месяца пролетели незаметно. Степан закончил формирование и слаживание своей разведгруппы. Кроме Ольги в неё вошли два сержанта-контрактника из оперативного резерва заставы. С Алексеем Степан познакомился во время своего экзамена. Это он тогда вёл «уазик» и обратил внимание остальных на изменение температуры воздуха. Как рукопашник он сильно уступал Степану, был на голову ниже и килограммов на десять легче, но превосходил его наблюдательностью и проницательностью. А Петра, обладающего сильно развитой интуицией, отобрал в процессе обучения бою с невидимым противником как единственного, кто мог с закрытыми глазами блокировать его удары. Этот невысокий крепыш был мастером спорта по боевым единоборствам и уже сейчас смело мог претендовать на международный уровень.
Номер в гостинице Степан уже давно освободил. Теперь у его группы был собственный отсек на минус шестом этаже. Там можно было не только работать, но и ночевать в случае необходимости. Причём в достаточно комфортных условиях – Погранслужба на своих сотрудниках не экономила. Теперь Степану не требовалось ездить за артефактами домой или идти в хранилище, так как четыре их комплекта, каждый из которых включал метлу и накидку пыльных тропинок, были закреплены за его группой и включены в опись инвентаря отсека. Все четыре метлы, включая и ту, которой пользовалась Ольга, были дооборудованы сёдлами.
Карточку с объёмным изображением похожей на Ольгу девушки он оставил у себя. Теперь она лежала в верхнем ящике стола в его кабинете. Ольге он показал её в первый же день, и та не меньше него была поражена сходством. Девушка долго сравнивала изображение со своим отражением в зеркале и тоже нашла несколько малосущественных отличий. Спустя какое-то время они показали карточку Алексею и Петру. Оба заявили, что Ольга вполне могла так выглядеть, если бы лучше кушала и побольше находилась на солнце. На утверждение Степана о разном разрезе глаз Алексей безапелляционно заявил, что он абсолютно одинаковый, просто девушка прищурилась. А разрез и цвет глаз совпадают полностью. Ольга тогда со смехом заявила, что впервые в жизни видит синюю траву, так что это точно не она.
– Может, сестра? – в шутку предположил Пётр.
– Не было у меня никаких сестёр, я единственный ребёнок в семье!
Больше они к этой теме не возвращались, но Степан сделал себе в памяти зарубку – не верил он в такие совпадения. Пока он сформулировал для себя следующий вывод: это не Ольга, но в других условиях Ольга могла бы так выглядеть.
После того как закончился ремонт их с Ольгой новой квартиры на Кирочной улице, они перебрались туда, а студию Степана продали через то же агентство, в котором купили эту. В большой комнате, выполняющей функции гостиной, библиотеки и кабинета, поставили два стола: компьютерный и обеденный; диван, кресла, буфет и тумбу с телевизором. Одну из стен целиком заняли книжные шкафы.
В маленькой комнате организовали спальню, почти целиком занятую огромной кроватью. Кроме кровати поместились только трюмо, комод и шкаф для одежды. Третья комната, которой в дальнейшем предстояло превратиться в детскую, пока выполняла функции тренировочного зала.
Вечером двадцать восьмого декабря Степан с Ольгой поехали в Пулково – встречать Ольгиных родителей. Серьёзно задержавшись в очереди на парковку, они вошли в аэровокзал, когда Ольгины родители уже получали багаж.
– Здравия желаю, товарищ полковник, – тихо шепнул Степан, наклонившись к представительному мужчине в пальто и шляпе, забирающему чемодан с ленты. – Давайте я понесу.