– Не волнуйтесь, товарищ генерал, я их выведу. Одиночные рейды – это нормально и привычно. Так даже проще. Разрешите идти?
– Идите и обязательно возвращайтесь. Это приказ.
В приёмной Степана уже ждал Александр. До машины – уже ставшего привычным чёрного минивэна – они прошли молча и оба сели сзади.
– Сколько нам ехать? – спросил Степан.
– Это за Кондопогой, часа за четыре доберёмся.
– Тогда я посплю, – сказал Степан, откидываясь на спинку сиденья. Ответа Александра он уже не услышал.
Поспать перед рейдом у Степана давно вошло в привычку. Там бывало по-всякому. Иногда удавалось прикорнуть на часок-другой, но чаще приходилось обходиться без сна несколько суток. Это тяжело. Не все выдерживают. Поэтому Степан приучил себя спать впрок, «на массу». Так и организму проще, и не нервничаешь перед заданием. Проснулся он, когда минивэн съезжал с Мурманского шоссе на просёлок. Ещё через пять минут они были на месте. Машина встала. Дальше дороги не было – берег плавно понижался к обширному, затянутому ряской болоту, над которым клубился белый туман. Вечерело. Опять стал накрапывать дождь.
Попрощавшись с Александром, Степан достал из кошеля шест, раздвинул его и, пробуя перед собой дно, пошёл в сторону тумана, стараясь по возможности, наступать на кочки, но иногда погружаясь ниже колена. Когда он вошёл в туман, дно под ногами стало подниматься. Одновременно вокруг посветлело. В тамбурном мире никаких признаков вечера не наблюдалось. Плотно затянутое облаками небо светилось равномерно и не давало никакой возможности не только определить местное время, но даже сориентироваться по сторонам света.
Тут тоже было болото. Но не проходимое, как на той стороне, а глубокое, возможно даже бездонное, в нём не росли деревья, почти не было кочек, а плавучие островки травы и ряска чередовались с чёрными бочагами. Болото окружало островок по всему периметру. Лишь с той стороны, откуда пришёл Степан, пологий берег подступал непосредственно к туманной полосе. Другого пути с островка не было. Для любого, кто оказался бы тут без пропуска.
У Степана пропуск имелся, и он, не теряя напрасно времени, переломил его пополам.
В мире циклопов островок оказался почти таким же, как в предыдущем, только заросшим кустарником, и не было на его краю никакого тумана, а вот местность вокруг претерпела существенные метаморфозы. Болото никуда не делось, но имело совсем другой вид. Пропали бездонные бочаги с чёрной водой, тут и там из воды поднимались деревья. Редкие невысокие сосны выглядели болезненно, но они на чём-то росли, а значит, твёрдое дно было совсем недалеко. Поверхность местами поросла травой, напоминающей осоку. Между этими «полянками» располагались отдельные кочки, окружённые плотным ковром ряски. По такому болоту можно было ходить, хоть и осторожно, прощупывая дно шестом, обходя «окна» ряски и стараясь наступать на кочки или травяной покров островков.
Погода стояла летняя. Тёплая, но не жаркая. Солнце, практически ничем не отличающееся от земного, неторопливо дефилировало по прозрачной голубизне небосвода, на котором не было заметно ни единого облачка.
На востоке, примерно в километре от островка, местность поднималась, и сосняк становился зеленее и гуще. За лесом начинались пологие, заросшие густой травой склоны предгорий, за которыми сплошной стеной громоздились горы. Невысокие, на глаз метров пятьсот, может быть, восемьсот, но не сопки, а именно горы. Скалистые, практически лишённые травяного покрова, покрытые кустарниками только в распадках.
Когда Степан включил пеленгатор, стрелка указала на одну из гор. Она не колебалась. Это означало, что оба маячка располагались рядом друг с другом или поблизости находился только один из них.
Степан приготовил шест и совсем уже собрался двигаться в сторону гор напрямик, но в этот момент, впервые за сегодняшний день, дала о себе знать чуйка. Она категорически возражала против выбранного направления, предупреждая о наличии на пути серьёзной опасности. Похоже, что Степана там ждали, причём вовсе не для того, чтобы обнять и расцеловать. Это больше всего напоминало классическую засаду, поэтому Степан, по примеру всех нормальных героев, двинулся в обход, взяв за ориентир острый пик, возвышающийся существенно левее ранее намеченного маршрута.
Болото было вполне проходимым и в этом направлении. Кое-где на островках желтели ягоды, напоминающие земную морошку. Степан попробовал – вкусно. Ягоды буквально таяли во рту, но казались слегка кисловатыми. Путь предстоял неблизкий, а наскоро проглоченный обед остался в далёком прошлом, поэтому Степан, проходя через островки с наиболее обильными россыпями, иногда останавливался и бросал в рот несколько горстей самых спелых ягод. Подумал даже над тем, чтобы набрать ягод для Ольги, но быстро отказался от этой идеи, потому что никакой жёсткой тары с собой не захватил, а в полиэтиленовом пакете они бы подавились и быстро превратились в малопривлекательную кашу.