– Нас не видно, – согласился Степан. – Зато очень хорошо видно стоячую воду. Ты сможешь пройти так, чтобы её не потревожить?
– Не знаю, никогда не пробовала. А ты?
– Я могу, но очень медленно. Чтобы отойти хотя бы метров на сто, мне потребуется не меньше получаса.
– Стёпа, а ты метлу с собой случайно не захватил? – спросила Ольга.
– Нет. Ты умеешь ей пользоваться?
– Конечно, умею! Каждая женщина хоть чуть-чуть ведьма. Я не чуть-чуть.
– А вот с этого момента, пожалуйста, поподробнее!
– Стёпа, что ты так напрягся, я пошутила! Кое-какие задатки у меня есть, разумеется, потом расскажу, но я абсолютно нормальный человек и ничего такого не умею. А пользоваться метлой нас учили, это входило в курс переподготовки.
– Ладно, потом расскажешь о своих умениях. Что будем делать?
– Раз нет метлы, буду использовать другое средство передвижения.
– Хочешь сесть мне на шею? Я не против, но как бы меня не засосало с дополнительным весом.
– Нет, я не это имела в виду. Сесть тебе на шею я всегда успею. У нас есть Игорь!
– Игорь, вы не против того, чтобы покатать на себе Ольгу? – спросил Степан у пограничника.
– Почту за честь, – прошептал тот. – Только пусть не садится, а сразу ложится и ножки свесит. Да, и хватит мне выкать, давай переходить на «ты».
– Не бойся, я аккуратно, – обрадовалась девушка. – Я лёгкая и ногу твою не потревожу.
– Игорь, ты точно выдержишь? – уточнил Степан.
– Будет очень тяжело, я всё-таки мужчина, но постараюсь справиться с собой, – пошутил Игорь.
– Оля, залезай, – скомандовал Степан, опуская коврик и придерживая снизу рукой, чтобы он не коснулся земли.
Он ничего не видел, но чувствовал по движениям коврика, что Ольга уже залезла и устраивается поудобнее. Когда возня прекратилась, он поднял коврик на уровень своих плеч, проверил, где с него свешиваются по бокам ноги девушки, после чего закрепил петлю репшнура у себя на левом плече. Достал из кошеля и раздвинул шест.
– Всё, вступает в силу режим полной тишины, – предупредил он обоих. – Что бы ни случилось, вы не должны издавать ни одного звука. Когда можно будет шевелиться и говорить шёпотом, я предупрежу.
Степан медленно зашёл в туман, опираясь на шест, опустил в болото сначала один сапог, потом другой и пошёл вперёд мелкими шажками, не поднимая ног из воды, доходившей ему до коленей. Слой ряски на поверхности был очень тонким. Он легко расступался перед ногами и сразу смыкался за ними. Колебаний воды ряска почти не сдерживала.
Вода – очень подвижная субстанция. Любое движение вызывает на её поверхности волны, расходящиеся во все стороны концентрическими кругами. Плавные медленные движения почти не беспокоят водную гладь. Ключевое слово – почти. Недаром существует поговорка, что почти не считается.
Степан умел ходить в воде, практически не беспокоя её. Движения должны быть очень медленными, равномерными и непрерывными, без каких-либо рывков, остановок и смен направления.
Дно было мягким, илистым, слегка пружинило под ногами, но не засасывало их. Потревоженный ил поднимался к поверхности тёмными пятнами, потом медленно рассеивался и оседал. При съёмке с беспилотника этот след был бы хорошо виден, но разглядеть его сбоку, находясь лишь чуть выше уровня воды, было невозможно даже в оптику.
Окончательно выйдя из тумана, Степан ещё раз осмотрелся с помощью монокуляра. Оказалось, что на Земле всё-таки был не день, а вечер, и видимость за время его отсутствия успела значительно ухудшиться. Снайперская винтовка торчала на прежнем месте, но её ствол теперь смотрел в другую сторону. Там, где Степан в прошлый раз видел спину в камуфляже, сейчас никого не было, но несколькими метрами левее хорошо различался сигаретный дым. Чуть дальше слегка шевелились тонкие ветки кустарника, в котором кто-то тихонько шебуршился. Наблюдение за порталом продолжалось, и в нём было задействовано не менее трёх человек.
Степан пошёл влево, не отдаляясь от полосы тумана и не приближаясь к берегу. Пошёл – это хорошо сказано. Больше подходило бы определение: пополз, но стоя на ногах не ползают. Вначале каждый шаг занимал почти минуту. Потом, по мере сгущения темноты и удаления от точки выхода, он ускорился до двух шагов в минуту. Двигаться быстрее всё ещё было нельзя – по поверхности начинали разбегаться круги.
В одном месте нога упёрлась во что-то мягкое. Степан, холодея от предчувствия, опустил руку в воду и приподнял к поверхности обнаруженный предмет, не вынимая его из воды. Предчувствие его не обмануло – это был труп. Степан повернулся боком, чтобы скрыть происходящее от глаз Ольги, и приподнял мёртвое тело выше. Побелевшее лицо было ему хорошо знакомо, а аккуратная дырочка на виске красноречиво свидетельствовала о причине смерти.