– А вот это что? – спросил Степан, указывая на небольшое серое пятнышко у самого края отмеченной области.
– Там находится заброшенный шунгитовый карьер, – пояснил один из офицеров.
– Шунгит? – задумчиво пробормотал генерал. – Пожалуй, это всё объясняет.
– А что это такое? – спросил ничего не понявший Степан.
– Шунгит – это особое состояние углерода, промежуточное между каменным углем и графитом, – пояснил тот же офицер.
– Очень редкое, – добавил генерал. – На земном шаре шунгиты залегают всего в трёх местах: тут в Карелии, в Южном Казахстане и в Анголе. Про наличие их на других планетах я вообще не слышал.
– Подождите, – уточнил встрепенувшийся Степан. – Я вспомнил! Его в медицине используют и ещё, кажется, для фильтрации воды. А почему тогда карьер заброшен? Выработали?
– Наоборот, только начали, – с сожалением проговорил генерал. – В восьмидесятые годы. А потом перестройка, развал Союза. Тогда всё посыпалось. Кое-что восстановили потом, а тут так всё и осталось.
– И что, никто больше не использует? – удивился Степан.
– Мы используем. Майор, дайте короткую справочку, им полезно послушать.
– Шунгит является специфической формой углерода, представляющей собой некристаллический неграфитируемый фуллереноподобный углерод, отличающийся от графитового на уровне надмолекулярной, атомной и электронной структуры, – как по-писаному оттарабанил майор. – Обладает мощным антиоксидантным и бактерицидным действиями. По эффективности сорбции тяжёлых металлов превосходит активированный уголь в тридцать раз, ускоряет процессы регенерации, под воздействием солнечного света генерирует вблизи поверхности синглетный кислород, неизбирательно уничтожающий все виды вирусов, просто сжигая их липидную оболочку.
– Достаточно, – остановил майора генерал. – От себя добавлю, что в народной медицине это вещество используется на протяжении сотен лет. В частности, именно благодаря шунгитовой воде Россия получила династию Романовых. Не будь её, Михаил Фёдорович умер бы в младенчестве, как все остальные его братья. Столетием позже русские именно благодаря этому веществу смогли выиграть Полтавскую битву. Тогда по указу Петра Первого каждый солдат таскал в ранце кусочек шунгита для обеззараживания питьевой воды. Лето 1709 года выдалось очень жарким, водные источники цвели, и значительная часть шведской армии, включая и самого Карла Двенадцатого, маялась желудочными отравлениями. А в русской армии их практически не было. Теперь вам понятно, зачем к нам гости, скорее всего, пожаловали?
– Вполне. Непонятно только, что у них просить взамен на переговорах?
– Попробуйте сами сориентироваться. В зависимости от того, что они предложат. Я пока абсолютно не представляю, с кем мы имеем дело.
– Как мы туда доберёмся?
– До аэродрома вас довезёт полковник Трофимов. Он же организует погрузку минивэна в «Сапсан» и его выгрузку вблизи от места назначения. Дальше работаете самостоятельно, поддерживая с Трофимовым постоянный контакт по рации. Минивэн поступает в ваше распоряжение. Чтобы вы имели возможность для манёвра и ног зря не топтали. Ваша основная задача – переговоры, но заодно постарайтесь разобраться, что произошло с не вышедшими на связь группами. Более подробный инструктаж сейчас бессмыслен, пока долетите, ситуация может измениться кардинально. Поэтому решать будете на месте. Вы отвечаете за переговоры, а полковник Трофимов – за всю операцию в целом. И последнее. Оружия с собой не берите – вы идёте договариваться. В самом крайнем случае, если у вас вообще ничего не выйдет, в игру вступит «Сапсан». Но постарайтесь до этого не доводить. Всё, идите переодеваться и получать приборы. Николай Алексеевич, – обратился он к майору, рассказывавшему про свойства шунгита, – пройдите с ними и, если остались вопросы, проконсультируйте.
– Николай Алексеевич, а что это ещё за синглетный кислород? – спросил Степан, когда они вышли из кабинета. – Никогда про такой не слышал.
– Это особая форма активного кислорода, генерируемая в фотовозбуждаемых процессах. Является, кстати, регулятором клеточной жизнедеятельности.
– Вы думаете, что мы что-нибудь поняли? Можно попроще объяснить?
– Попробую. У обычного кислорода имеется два неспаренных электрона с одинаковым спином. Такое состояние называют триплетным или триплетом. Для перевода его в возбуждённое состояние нужна энергия чуть меньше одного электрон-вольта на молекулу. Примерно столько даёт фотон в ближайшей к видимому нами свету части инфракрасного диапазона. Тогда один из электронов «р» орбитали меняет спин, и все электроны спариваются. Таким образом, синглетный кислород имеет только одно возможное расположение электронных спинов с общим квантовым спином 0, в то время как триплетный – три возможных расположения электронных спинов с общим квантовым спином 1, что соответствует трем вырожденным состояниям. Однако прямой переход в изолированной молекуле практически невозможен, так как имеются запреты по спину и по четности. Поэтому синглетный кислород в заметных количествах получают, используя сенсибилизаторы, триплетное возбуждённое состояние которых выше, чем ноль целых девяносто восемь сотых электрон-вольта. Сенсибилизатор поглощает свет, переходит в триплетное состояние и потом сталкивается с молекулой кислорода и переводит её атомы в триплет. Шунгит в данном случае как раз и выступает в качестве такого сенсибилизатора.