— С каких пор Хранители Порога стали нашими союзниками? — спросил главный старейшина.
— С сегодняшнего, — ответил Северин. — Если вы, конечно, не против.
Он посмотрел на крыльцо, где стояла Ника.
Она не двигалась. Не говорила. Просто смотрела на брата глазами, в которых за тысячу лет высохли все слёзы.
— Ника, — сказал Северин.
— Северин, — ответила она.
И они шагнули друг к другу.
Я стояла в стороне, рядом с Ксавьером, и смотрела.
Ника подошла к брату. Остановилась в шаге. Подняла руку — медленно, будто боялась, что он исчезнет, если коснётся слишком быстро.
— Ты жив, — прошептала она.
— Жив, — ответил он.
— Я думала… они сказали, что ты умер. Что тебя убили. Что я никогда тебя не увижу.
— Они солгали, — Северин взял её руку. — Как и во всём остальном.
— Я так скучала, — голос Ники сорвался. — Каждую ночь. Каждый день. Даже когда тьма внутри меня кричала, я слышала твой голос. Ты звал меня. Ты говорил, что я не одна.
— Я звал, — он притянул её к себе. — Каждую ночь. Каждый день. Тысячу лет.
Ника разрыдалась.
Не красиво, не тихо — навзрыд, как ребёнок, который потерялся в лесу и наконец нашёл дорогу домой.
Северин обнял её. Крепко. Так, будто боялся, что если отпустит, она исчезнет.
А я смотрела и чувствовала, как что-то сжимается в груди.
Не от боли — от надежды.
— Тысячу лет, — сказала Ника, когда слёзы кончились. — Тысячу лет я убивала, предавала, ненавидела. А ты всё это время был там. За порогом.
— Я охранял границы, — ответил Северин. — Я не мог уйти. Если бы я оставил свой пост, тьма хлынула бы в миры. Я не мог рисковать.
— А я могла рисковать, — горько усмехнулась Ника. — Я была пешкой. Марионеткой. Орудием. А ты — хранителем.
— Ты была жертвой, — поправил он. — Как и я. Просто нас выбрали по разные стороны баррикад.
— Что теперь? — спросила Ника. — Мы можем начать сначала?
— Мы можем попробовать, — он улыбнулся. Впервые за тысячу лет. Улыбка была неуклюжей, непривычной, но настоящей. — Если ты не против.
Ника кивнула.
И они пошли в сторону академии — брат и сестра, которые наконец нашли друг друга.
Драко стоял у окна в библиотеке и смотрел на двор.
Я вошла тихо, но он услышал.
— Это её брат? — спросил он, не оборачиваясь.
— Да.
— Он похож на неё. Те же глаза. Та же боль.
— Ты наблюдательный, — сказала я, подходя к окну.
— Я раб Смотрящих, — усмехнулся Драко. — Наблюдательность — единственное, что помогало выживать.
Мы стояли рядом и смотрели, как Ника и Северин идут по снегу. Она что-то говорила, он слушал. Иногда они останавливались, и Ника касалась его лица, будто проверяла, не сон ли это.
— Она изменилась, — сказал Драко. — Раньше в ней была только тьма. А теперь… не знаю. Свет, наверное.
— Тьма не уходит бесследно, — ответила я. — Она остаётся шрамами. Но шрамы — это не боль. Это память.
— Ты говоришь как философ.
— Я Ведьма Миров, — усмехнулась я. — Это входит в пакет.
Драко засмеялся. Впервые за долгое время — не горько, не насмешливо, а легко, как будто с плеч упала тысяча тонн.
— Она нравится тебе, — сказала я.
Он замер.
— Что?
— Ника. Она нравится тебе. Я вижу, как ты смотришь на неё. Как следишь за ней в столовой. Как ищешь её глазами, когда она уходит.
— Ты ошибаешься, — слишком быстро ответил Драко.
— Я никогда не ошибаюсь, — солгала я.
Он замолчал. Долго смотрел в окно.
— Она убила сотни людей, — сказал он наконец. — Она была чудовищем.
— Была, — согласилась я. — А теперь она пытается стать человеком. Как и ты, кстати.
— Я не пытаюсь стать человеком. Я человек.
— Ты пытаешься стать свободным, — поправила я. — Это сложнее.
Драко повернулся ко мне. В его зелёных глазах было что-то, чего я раньше не видела. Нежность? Страх? Надежда?
— Ты думаешь, у меня есть шанс? — спросил он. — С ней?
— Не у меня спрашивай, — я покачала головой. — У неё.
Он кивнул и снова уставился в окно.
А я улыбнулась про себя.
«Зарождается любовь», — подумала я. «Самая неправильная, самая невозможная, самая красивая».
Вечером Северин попросил о встрече со старейшинами.
— Я должен рассказать вам правду, — сказал он, стоя в центре зала. — Тьма, которую вы победили — не уничтожена. Она запечатана. Внутри Алисы.
В зале повисла тишина.
— Что? — я вскочила. — Ты сказал, что она исчезла!
— Я сказал, что она запечатана, — спокойно ответил Северин. — Запечатать и уничтожить — разные вещи. Твоя сила удержала её внутри тебя, но не убила. Она ждёт. Она всегда ждёт.