Она поцеловала её в лоб.
И светлая исчезла.
Осталась только тёмная.
И я.
— Ты — не Ведьма Миров, — сказала тень, оборачиваясь ко мне. — Ты — её убийца. Ты — та, кто уничтожила свою сестру из зависти. И теперь носишь её душу как проклятие.
— Нет, — я покачала головой. — Это не может быть правдой.
— Может, — тень усмехнулась. — И Моргана знала это. Поэтому она показала тебе ложь. Чтобы ты освободила её мать. Не потому, что она простила. А потому, что она хочет отомстить.
— Моргана…
— Моргана — дочь твоей сестры и того, кого ты убила следом, — тень склонила голову. — Ты не помнишь, да? Слишком больно. Слишком страшно. Ты предпочла забыть.
— Хватит, — сказал Ксавьер, выходя вперёд. — Ты не имеешь права мучить её.
— Я имею право, — тень посмотрела на него. — Потому что я — её совесть. Её страх. Её память, которую она пытается убить. Я — часть её. И пока она не примет правду, я буду здесь.
— Что мне сделать, чтобы ты ушла? — спросила я.
— Признать, — ответила тень. — Вслух. Перед ними. Перед собой. Что ты — не герой. Ты — чудовище. Как Ника. Как Драко. Как я.
Тишина.
Драко смотрел на меня. Ксавьер сжимал мою руку.
— Я не чудовище, — сказала я. — Но я совершала ошибки. Страшные ошибки. И я готова ответить за них.
— Недостаточно, — покачала тень.
— А что достаточно?
— Твоя смерть, — тень шагнула ко мне. — Ты умрёшь — я исчезну. Твоя сестра проснётся. И мир снова станет гармоничным.
— Не делай этого, Алиса, — сказал Ксавьер.
— Она права, — я посмотрела на него. — Если моя смерть спасёт мир…
— Твоя смерть ничего не спасёт, — раздался голос сбоку.
Из пустоты вышла Ника.
Не призрак. Не тень. Живая. Настоящая. С бледным лицом и горящими глазами.
— Ника? — Драко шагнул к ней. — Ты жива?
— Я была мертва, — ответила она. — Но Алиса… её сила… она призвала меня обратно. Неосознанно. Пока вы спорили, её свет собирал мою душу по кусочкам.
— Я не чувствовала, — сказала я.
— Потому что ты не веришь в себя, — Ника подошла ко мне. — Ты всегда не верила. Даже когда спасала миры. Даже когда побеждала тьму. Ты думала, что это случайность. Что тебе повезло. Но нет, Алиса. Это ты. Твоя сила. Твоя воля. Твоя любовь.
— Я убила сестру.
— Ты запечатала её, чтобы спасти другие миры, — Ника покачала головой. — Тень лжёт. Моргана лжёт. Они хотят, чтобы ты ослабела. Чтобы твоя сестра проснулась и уничтожила всё.
— Почему ты так уверена?
— Потому что я была тьмой, — Ника усмехнулась. — Я знаю, как пахнет ложь. А эта тень пахнет ею за версту.
Тень зашипела.
— Ты ничего не знаешь, девчонка!
— Знаю, — Ника шагнула к ней. — Ты — не совесть Алисы. Ты — часть Ведьмы Хаоса, которая хочет выбраться на свободу. Ты используешь её страх, чтобы манипулировать. Но я была марионеткой тысячу лет. И меня больше не проведут.
Она протянула руку.
Коснулась тени.
Та закричала — страшно, нечеловечески, и начала рассыпаться, как пепел на ветру.
— Что ты делаешь? — крикнула я.
— Забираю её боль, — ответила Ника. — Как ты когда-то забрала мою. Теперь моя очередь.
— Ты умрёшь!
— Я уже умирала, — Ника улыбнулась. — Это не страшно. А жить без тебя — страшно.
Она закрыла глаза.
Тень исчезла.
Ника упала на колени.
Драко подхватил её.
— Жива? — спросил он.
— Кажется, да, — она открыла глаза. — Устала. Но жива.
— Больше никогда так не делай, — он прижал её к себе. — Никогда.
— Не могу обещать, — она обняла его в ответ. — Но я попробую.
Мы стояли в пустоте. Вчетвером. Живые. Сломанные. Но вместе.
— Пора возвращаться, — сказал Ксавьер. — Пока портал не закрылся.
— Моргана, — вспомнила я. — Она держит портал.
— Или уже закрыла, — сказал Драко.
— Тогда нам нужно спешить.
Мы побежали.
Портал был открыт.
Но не Морганой.
Она лежала на полу, связанная тенями, которые держал Северин.
— Я ждал вас, — сказал он. — Чувствовал, что что-то не так. Пришёл. Успел.
— Она лгала, — сказала я. — Всё, что она показала — ложь.
— Я знаю, — Северин кивнул. — Она — дочь Ведьмы Хаоса. Она хотела освободить мать. Использовала тебя.
— Что с ней будет? — спросила Ника.
— Она останется здесь, — ответил Северин. — Под моим присмотром. Пока не докажет, что заслуживает доверия.
— А если не докажет?
— Тогда она останется здесь навсегда, — Северин посмотрел на Моргану. — Это справедливо.
Моргана молчала. В её глазах не было раскаяния. Была только ненависть.
— Ты ещё пожалеешь, — прошептала она, глядя на меня. — Когда мать проснётся. Когда она узнает, что ты сделала. Ты пожалеешь.