— Почему ты не сказала раньше?
— Потому что ты должна была сама найти правду, — Сэйдж вздохнула. — Чужая правда — это ложь. Своя — это путь.
— Как мне её вернуть? Не запечатать. Вернуть. По-настоящему.
— Ты не можешь вернуть её, не разрушив себя, — Сэйдж покачала голова. — Ваши души переплетены слишком тесно. Если ты выпустишь её, ты исчезнешь. А она останется. И будет жить с чувством вины, что убила тебя.
— Есть другой способ?
— Есть, — Сэйдж помолчала. — Ты можешь войти в свой внутренний мир. Встретиться с ней там. Поговорить. Примириться. И принять, что вы — одно целое. Не две сестры. Одно существо, разделённое надвое.
— Ведьма Миров и Ведьма Хаоса?
— Порядок и Хаос, — кивнула Сэйдж. — Инь и Ян. Свет и Тьма. Они не могут существовать друг без друга. Ты пыталась жить без неё тысячи лет. И что в итоге? Ты уснула. Ты забыла себя. Ты стала никем.
— А если я приму её?
— Тогда ты станешь целой, — Сэйдж улыбнулась. — Впервые за тысячи лет. Ты вспомнишь всё. И сможешь жить полной жизнью. Не прячась. Не боясь.
— Как войти в свой внутренний мир?
— Закрой глаза, — сказала Сэйдж. — И позови её.
Я закрыла глаза.
Тишина.
А потом — шёпот.
«Ты пришла»
Я открыла глаза.
Я стояла в пустоте. Не в той, где мы были с тенью. В другой. Светлой. Тёплой. Она пахла домом.
Передо мной стояла она.
Моя сестра.
Ведьма Хаоса.
Она была красивой. Белые волосы, как у меня. Глаза — чёрные, как ночное небо, но внутри них горели звёзды. На лбу — знак, которого я не знала. Три луны, перечёркнутые молнией.
— Ты не спишь, — сказала она.
— Я проснулась, — ответила я. — Прости. Я так долго спала.
— Я ждала.
— Знаю, — я шагнула к ней. — Прости меня. За то, что запечатала. За то, что не нашла другой способ. За то, что забыла тебя.
— Ты сделала то, о чём я просила, — она покачала головой. — Не извиняйся.
— Тень сказала, что я убила тебя из зависти.
— Тень — это моя боль, — ответила сестра. — Она не хотела тебя обидеть. Она хотела, чтобы ты почувствовала то, что чувствовала я. Одиночество. Страх. Отчаяние.
— Я чувствовала, — я взяла её за руки. — Каждую ночь. Каждый день. Даже когда не помнила.
— Теперь помнишь?
— Теперь помню, — я посмотрела в её глаза. — Ты — моя сестра. Часть меня. Я не хочу жить без тебя.
— Тогда не живи, — она улыбнулась. — Прими меня. Как часть себя. Не как врага. Не как жертву. Как семью.
— А если я не смогу?
— Сможешь, — она сжала мои пальцы. — Ты всегда была сильной. Просто забыла.
Я закрыла глаза.
Серебряный свет вырвался из моей груди — но не один. Вместе с ним — чёрный. Тьма, которая была её.
Они сплелись, закружились, запели.
И я поняла.
Они не враги. Они — две стороны одного целого. Как день и ночь. Как зима и лето. Как жизнь и смерть.
— Я принимаю тебя, — прошептала я. — Как сестру. Как часть себя. Навсегда.
Мир взорвался.
Я очнулась на крыльце.
Сэйдж сидела рядом, держала меня за руку.
— Ты сделала это, — сказала она.
— Что я сделала?
— Приняла её. Твоя сестра теперь внутри тебя. Не как пленница. Как часть души.
— Я чувствую её, — я коснулась своей груди. — Она там. Тёплая. Живая.
— Как ты себя чувствуешь?
— Целой, — ответила я. — Впервые за тысячи лет.
Сэйдж улыбнулась.
— Тогда иди, — сказала она. — Твои ждут.
Я встала и пошла в дом.
К Ксавьеру. К Лиане. К Нике и Драко.
К семье, которую я нашла.
Глава 35
Глава 35. Самозванка
Утро после разговора с Сэйдж выдалось ясным и морозным.
Я сидела на крыльце, закутавшись в плед, и смотрела, как снежинки падают на перила и тают, превращаясь в капли воды. Внутри меня было тепло. Впервые за долгое время — по-настоящему тепло. Сестра — Ведьма Хаоса — больше не спала в темнице. Она жила во мне, как часть души, как вторая половина, которую я так долго искала.
— Ты рано встала, — сказал Ксавьер, выходя на крыльцо с двумя кружками шоколада.
— Не спалось, — ответила я, принимая кружку. — Слишком много мыслей.
— О чём?
— О ней. О сестре. О том, что я наконец приняла её.
— И как оно? — он сел рядом. — Быть целой?
— Странно, — я задумалась. — Раньше я была как книга, из которой вырвали половину страниц. А теперь все страницы на месте. Даже те, которые я не хотела читать.
— Ты жалеешь?
— Нет, — я покачала головой. — Но теперь я понимаю, почему Моргана смогла меня обмануть. Я была пустой внутри. Легкой мишенью для лжи.