С этим надо было что-то делать. Проблема в том, что в позиции, в которой я находился, у меня был крайне ограниченный набор вариантов, и полностью вывести его из игры у меня бы не получилось. Поэтому я решил хотя бы разорвать дистанцию.
Я поднялся на ноги, отбрасывая в сторону столик, под которым мы возились все эти несколько секунд, и швырнул Трехглазого Джо в сторону барной стойки. Ногу я ему, скорее всего, сломал, но этого было недостаточно. В полете Джо ухитрился выстрелить в меня из игольника и промазал на считанные сантиметры.
Он перелетел стойку бара и впечатался спиной в зеркальную стену, которая оказалась небьющейся.
Двое типа местных, сидевших за соседним столиком, уже вставали на ноги, и у каждого из них был не свойственный для обитателей космической станции Содружества игольник, стоивший половину годовой зарплаты честного работяги.
Волшебник погасил свет.
Они не были к этому готовы, а я был.
Я рванул на них, сокращая дистанцию. Удар в колено, хруст сломанной кости. Эти, видимо, были из какой-то дешевой серии. А может быть, они были просто людьми. В пользу этой версии свидетельствует тот факт, что они куда хуже меня видели в темноте.
Парень, которому я выбил колено, начал падать. Я выхватил игольник из его руки, сделал шаг в сторону, разворачиваясь и наводясь на вторую цель, спустил курок.
Игла попала второму «работяге» в грудь и взорвалась там, проделав сквозное отверстие величиной с кулак. Группа прикрытия пришла на встречу с летальным оружием, из чего следовало, что я был нужен Трехглазому Джо либо добровольно сдавшимся, либо окончательно мертвым.
Пока я отвлекся на драку и стрельбу, Джо перехватил контроль над баром и включил свет. Он стоял, высунув из-за стойки бара только голову и руку с нацеленным в мою сторону игольником. Лицо его слегка искривилось от боли.
Он бы меня, наверное, пристрелил, если бы я не успел направить свой игольник на него.
Компания настоящих местных сидела за своим столиком, разинув рты. Видимо, они были достаточно пьяны, если не сообразили, что в этой ситуации лучше всего падать на пол и прикидываться ветошью. А может быть, просто не успели.
— Я так понимаю, что это предвариетльное «нет» на все мои предложения, — констатировал Трехглазый Джо. — Но у тебя еще есть шанс передумать.
Я начал смещаться к двери, не сводя с него прицела. Дуло его игольника неотступно следовало за мной, но я знал, что стрелять он не будет.
Как и я.
Мы оба были стрелками и хорошо знали сильные и слабые стороны друг друга. Не было ни единого шанса, что кто-то из нас успеет пристрелить другого до того, как второй потянет за спусковой крючок. На таком расстоянии это была бы верная смерть для нас обоих, а умирать прямо сейчас он не собирался. Да и я тоже подобным желанием не горел.
— Дурак, — сказал он ровным голосом. — Молокосос. В тот момент, когда ты выйдешь за эту дверь, мое предложение перестанет действовать и учти, что повторять его я уже не буду.
— Может быть, вы и сумели преодолеть Распад, но ты стареешь, Джо, — сказал я. — Рефлексы уже не те.
— Я просто не думал, что ты настолько идиот, — сказал он.
Я уже подобрался к двери.
— Ты в курсе, что вокруг нас космическая станция? — спросил он. — Куда ты собрался бежать?
Дверь не открывалась, словно кто-то из нас не заплатил по счету. Джо теперь контролировал бар, но на что он на самом деле рассчитывал?
Кроме аварийных переборок здесь все пластиковое и очень непрочное.
Я надавил на дверь плечом и просто выломал замок.
— Значит, ты выбрал смерть, — сказал Трехглазый Джо.
Вице-президент корпорации «Кэмпбелл» либо был слишком самоуверен, либо действовал в условиях жесточайшего цейтнота, потому что его группа поддержки ограничивалась теми двумя неудачниками, с которыми я разобрался в баре. Снаружи его людей не было, никто в меня не стрелял, никто на меня не набрасывался, никто даже не смотрел в мою сторону.
Я быстрым шагом пересек коридор, свернул в боковое ответвление и вызвал Генри.
— Я вырвался на оперативный простор, кэп, — сообщил он. — Диспетчерские запросы игнорирую, иду в сторону «кротовой норы». А как твои дела?
— Я тебя догоню, — сказал я.
Я перешел на бег. План станции сохранился в моей памяти, и я уже решил, в какую сторону мне следует двигаться. Я был слишком далеко от места стоянки «Старого Генри», и даже если бы он до сих пор был там, я все равно не сумел бы опередить людей «Кэмпбелла».