Содружеству должно было хватить пары-тройки дней, чтобы восстановить нормальное транспортное сообщение между системами. А вот на Эпсилон-4, если не считать военных, еще долго никто не полетит.
А пока я коротал время в беседе с Генри, который был счастлив, пусть и ненадолго, но снова стать частью корабля и обрести привычные органы чувств.
— Как ты считаешь, кэп, какие отношения связывали Кочевников и Предтеч?
— А у тебя какая версия?
— Они воевали друг с другом, — сказал Генри. — Кочевники победили и выдавили Предтеч из галактики, но ненависть их так сильна, что теперь они уничтожают все, связанное с давним врагом.
— Звучит слишком по-человечески.
— Может быть, потому что мне не довелось ознакомиться с логикой других разумных существ? — предположил Генри. — У меня еще есть теория, что Кочевники — это и есть Предтечи, а может быть, их далекие потомки, но, честно говоря, она мне нравится меньше.
— Вроде бы, ученые убедительно доказали, что Кочевники не являются Предтечами, — заметил я. — Разный уровень используемых технологий и все такое.
— Технологии могли деградировать.
— С чего бы?
— Кто может знать, кэп? В любом случае, по человеческим меркам это противостояние закончилось чертовски давно, и у отката технологий может быть множество причин.
— Думаю, что прямо сейчас правды мы не узнаем, — сказал я.
Честно говоря, этот вопрос меня не особенно и волновал, поскольку у ответа все рано не было никакого практического применения. Здесь и сейчас для меня не было никакой разницы, воевали ли Кочевники с Предтечами, были их далекими потомками, или эти два вида и вовсе существовали в галактике в разное время и не пересекались между собой. Гораздо больше меня беспокоила легкость, с которой имперская разведка спрогнозировала рейд Кочевников и его точные сроки. Они установили мне дедлайн в месяц, и через пару дней после истечения этого срока Кочевники обрушились на Эпсилон-4.
На что еще способны эти ребята?
— Ты вообще довольно спокоен для человека, которого использовали втемную, — сказал Генри.
— Это часть игры, — сказал я.
Я мог бы сорвать куш, если бы был чуть-чуть порасторопнее. Имперцы дали мне шанс заработать кучу денег, но воспользоваться им у меня не получилось. Разумеется, они не рассказали мне всей правды, но кто бы на их месте рассказал?
В этой игре нет правил, нет понятия «хорошо» или «плохо», и определяющим фактором является целесообразность. Имперцы посчитали, что оно того стоит, и сделали то, что сделали.
И я сделал то, что сделал. Отказаться тогда у меня все равно бы не получилось.
Но из всего этого отнюдь не следовало, что я питал к старшему канониру Грише Бояринову и тем, кто за ним стоял, какие-то теплые чувства.
Впрочем, это тоже не имело никакого значения, потому что я был уверен, что с Гришей Бояриновым мы больше никогда не увидимся.
Уж я-то этой встречи точно искать не буду…
Для того, чтобы соответствовать новой легенде, я подобрал себе рабочий комбинезон и теперь рылся в шкафу со скафандрами, пытаясь найти какой-нибудь не совсем убитый экземпляр. Получалось, откровенно говоря, не очень, но в конце концов путем комбинирования мне удалось создать один более-менее приличный скафандр из трех. Я отложил его в сторону и занялся проверкой кислородных баллонов, когда из ближайшего динамика раздался голос Генри.
— У меня плохие новости насчет пересадочной станции, кэп.
— Наши коды определения «свой-чужой» не сработали, и они выслали перехватчики? — предположил я.
— Не совсем. Более того, я на все сто процентов уверен, что никто на станции у нас эти коды не запросит.
— Почему? — я задал этот вопрос чисто по инерции. На самом деле, я уже знал, почему.
— Здесь нет никакой пересадочной станции, кэп, — доложил Генри. — Похоже, рейд Кочевников проходил этим же маршрутом.
— Обломки? — поинтересовался я.
— Немного, и довольно мелкие, — сказал Генри. — Похоже, по станции шарахнули из большого калибра и большая ее часть просто испарилась.
Час от часу не легче.
Наверное, мне все-таки следовало остаться на Эпсилоне-4 и попытаться тупо пересидеть самый опасный период в подполье, но я был генетически создан для действия, поэтому всерьез такой вариант даже не рассматривал.
Что и привело к очередным проблемам. Запас хода у корабля был небольшой, и это существенно сужало мои возможности для маневра. Вернуться на Эпсилон-4? Не лучший вариант, потому что к прежним сложностям, коих и так немало, добавится угон космического корабля, который тоже нужно будет как-то объяснить. А разработанная мной легенда в порту приписки точно не сработает, никакая подтасовка сетевых документов там не поможет. Новые Надежды — городок маленький, и все работники космопорта наверняка знают друг друга в лицо.