…Гольдин, потирая руки, входит в столовую. Стол накрыт на один прибор.
– Настя! Что, Софья Исаковна звонила?
– Звонила. Не придет обедать. Конференция, – лаконично ответила Настя.
– Понятно. Как всегда, – Гольдин сел на стул с высокой спинкой, не касаясь ее, и развернул салфетку. Настя налила из супницы тарелку супа и вышла. Гольдин поднес ложку ко рту – раздался телефонный звонок.
– Настя! Подойдите, пожалуйста! – попросил Гольдин.
Входит Настя:
– Звонит секретарь министра здравоохранения. Вас срочно вызывают к министру. Выслали машину.
Гольдин отложил ложку в сторону.
– За что, Настя, я люблю своих пациентов, в отличие от начальников, потому что они никогда не отрывают меня от обеда и всегда готовы немного подождать.
Соколиная гора. Инфекционная больница. Врач осматривает парикмахера.
Парикмахер:
– Я же говорю вам, я совершенно здоров! Что вы от меня хотите?
…Гольдин на приеме у министра.
Министр:
– Необходимо сделать вскрытие, – закончил свою речь министр.
Гольдин:
– Я полагаю, уже два.
Министр поднял брови.
Гольдин:
– Но я ставлю свое условие
Министр (раздраженно)
– Я слушаю вас.
Гольдин:
– Вы уверены, Яков Степанович, в моей профессиональной компетентности?
Министр замахал руками:
– О чем вы говорите, Илья Михайлович?
– Тогда я провожу вскрытия, соблюдая все меры предосторожности, – в противочумном костюме, маске, по всем правилам, – вы же, со своей стороны, даете мне гарантию, что я не буду засажен в карантин. Это мое категорическое условие.
– Хорошо, Илья Михайлович. Я даю вам полную гарантию, – кивает министр.
…Анечка с чемоданчиком пытается войти в гостиницу «Москва». Выход загораживает солдат в полушубке. Он вместо швейцара.
– Мест нет, девушка, мест нет, – добродушно говорит он Ане.
– Да у меня муж здесь живет, мы договорились здесь встретиться, – потянулась было Аня к двери, но улыбчивый парень неожиданно твердо отодвинул ее.
– Туда нельзя, – отказался ее впустить.
– Да как же я его найду, где мне его искать, подумайте! – настойчиво и убежденно говорила Аня. – Я же из другого города.
– Ну, постойте здесь, – сказал человек в форме, – как фамилия его, вашего мужа?
– Майер, Рудольф Иванович, – улыбается благодарно Анечка.
Солдат уходит, заперев изнутри дверь.
…Анечка в помещении полуподвального этажа гостиницы «Москва». С ней разговаривают двое – и не особо вежливо.
– Нет, девушка, здесь не вы спрашиваете, а мы, – усатый крутил ее паспорт и, постукивая пальцем по столу, нравоучительно говорил:
– Ну вот, а сказали – жена.
Аня растеряна:
– Ну, вообще-то, я не жена. Я подруга…
– Значит так, когда вы в последний раз видели этого вашего друга Майера, а?
– Когда? Четыре дня назад, в Саратове, – уверенно говорит Анечка.
Мужчины переглядываются. Усатый постучал пальцами по столу и сказал Анечке доверительно:
– Знаете что, девушка, посидите в соседней комнате, мы вам сообщим всю информацию через некоторое время.
– Что с ним? – встревоженно дергается Анечка.
– Все, что будет вам нужно знать, вы узнаете в свое время.
Ее выталкивают в коридор, оттуда – в соседнюю комнату, и запирают…
…Секретарша входит в кабинет к ответственному лицу в форме, Федору Васильевичу.
– Федор Васильевич, к вам эта Журкина… Ну, звонили по поводу нее. Просили принять.
Федор Васильевич кивает и просит секретаршу:
– Галь, посмотри Журкина, в каком списке…
Галя просматривает бумаги:
– Второй, Федор Васильевич.
– Хорошо, пригласи, – кивнул ответственный, и вошла строгая, бледная, с тенями под блестящими глазами Ида Журкина. Она держится твердо, с достоинством.
– Добрый день. Моя фамилия Журкина. По мужу. Мой отец, – поверьте, я никогда еще в жизни этим не козыряла, – мой отец – Абрам Солюс. Вам знакома эта фамилия?
Брови у ответственного полезли вверх. Он вскочил, улыбнулся: