— Перестань, Крофорд!
Джейсон спрыгнул с лестницы и подошел к ним.
Все тело Крофорда тряслось от безумного количества адреналина, переполнявшего его организм.
— Вы не ведаете того, что творите! — голосил он безумно. — Или они, или мы! Разве вы не видите?
— Да, да… — сказал Мясо, снимая прибор с пояса Крофорда.
Он перебросил его Джейсону.
— Возьми его гранаты, — сказал Джейсон.
Мясо отцепил три гранаты от бронежилета Крофорда и повесил их на собственный ремень.
Джейсон отошел, чтобы подобрать нож Крофорда.
— По твоей вине сегодня погибло много людей, Крофорд, — сказал Джейсон. — Хороших людей, которые доверяли тебе. На твоих руках много крови. Пришел час расплаты.
Он бросил нож на грудь Крофорда.
— Можешь оставить это себе, крутой парень. Посмотрим, как ты выстоишь против них. — Он кивнул на крыс.
Крофорд заскрежетал зубами, его глаза пылали злобой.
— Ладно, Джейсон. Давай убираться отсюда, — сказал Мясо.
— Еще секунду, — сказал Джейсон. Он взял фонарь Крофорда и положил его на землю так, чтобы тот освещал полковника.
— Что ты делаешь? — требовательно спросил Крофорд.
Медленно отходя назад, Джейсон улыбался, держа в руке портативный отпугиватель. С каждым шагом ультразвуковой барьер отступал от Крофорда, и голодные крысы продвигались на несколько сантиметров ближе — бесчисленные голодные глаза, вспыхивающие красными огоньками на свету.
— Тебе видно, Хазо? — Он поглядел на платформу и увидел, что курд высунул голову.
— Да.
— Это для тебя, приятель. Оставайся с богом, мой друг.
Джейсон сделал еще один шаг назад. Крысы хлынули на парализованные ноги Крофорда.
Крофорд закричал:
— Будь ты проклят, Йегер!
Джейсон кинулся к туннелю, где его ждал Мясо.
Черная волна накрыла тело Крофорда.
— Тебе лучше теперь? — сказал Мясо.
— Гораздо, — сказал Джейсон, устанавливая передатчик на земле в самом начале узкого прохода.
— А теперь рвем когти!
Джейсон запер задние двери бронеавтомобиля.
— Все готово. Поехали! — прокричал он. Мотор взревел, и неповоротливый бронетранспортер двинулся вперед.
— Сколько еще? — спросил Мясо.
Он взглянул на свои часы:
— Меньше минуты.
Джейсон надеялся, что у передатчика хватит зарядки, чтобы сдержать крыс. Но даже если бы им удалось прорваться через ультразвуковой барьер, им пришлось бы еще преодолевать завал, который устроил Мясо, взорвав три гранаты Крофорда.
Он пробежал взглядом по тревожным лицам морских пехотинцев, сидевших плечо к плечу на боковых скамейках.
— Все в порядке?
Кто-то кивнул, кто-то утвердительно ответил.
— Хорошо, — сказал Джейсон.
Выбравшись на шоссе, бронеавтомобиль устремился на юг.
— Боже, что же там произошло? — спросил один из морпехов.
Уткнув глаза в пол, Джейсон не знал, как ответить.
Мясо ответил за него:
— Склад оружия. Крофорд, должно быть, задел какую-то проволоку, которая активировала детонатор с таймером.
Пять секунд спустя за задним окном вспыхнул ослепительный белый свет, сопровождаемый оглушительным грохотом, напоминающим раскат грома. Наступила обманчивая пауза, предшествующая взрывной волне. Когда она ударила, бронеавтомобиль застонал и взбрыкнул, подбросив вверх всех, кто находился внутри. Кузов заполнился криками и ругательствами.
Шквал тяжелых обломков забарабанил по крыше, ударяя в толстую броню машины как в колокол. Свет от вспышки рассеялся, и накатила вторая волна обломков, дождем пролившихся на поверхность бронетранспортера.
Затем наступила зловещая тишина.
Эпилог
— Я чувствую себя, как висельник на эшафоте, — проворчал Мясо, дергая себя за накрахмаленный белый воротничок.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Джейсон, поправляя свою бабочку и шагая длинными шагами, чтобы поспеть за Мясом. — Нет ничего плохого в том, чтобы иногда выглядеть комильфо.
Джейсон посмотрел вверх, восхищаясь лазурным небом через купол из треугольных стеклянных панелей, покрывавших Большой двор, сердце Британского музея.
— Не похоже, чтобы Томми уже был здесь, — сказал он. Мимо прошла гибкая брюнетка в облегающем вечернем платье и туфлях на высоких каблуках. Она оценивающе посмотрела на Мясо и одобрительно улыбнулась. Мясо улыбнулся в ответ, и чудесным образом смокинг стал казаться удобным. Он пересмотрел свою позицию, сказав:
— Пожалуй, смокинг — это не так уж и плохо. Я просто не привык одеваться, как какой-то богач.