Пока Полина рисовала, я работала за ноутбуком, а Саня мне мешал. Совал мне плюшевого зайца в лицо, но я старалась игнорировать.
– У тебя очень избалованная сестра, - вдруг сказал он. – Я бы ее манерам поучил. Особенно, гостеприимству.
– А я бы тебя от наглости отучила немного.
– Почему ты всегда за нее вступаешься? Ей бы не помешала хорошая взбучка.
– Только попробуй. Она мое солнышко.
– Вопросов с причинами избалованности нет, - поджал губы Саня. – Но ты же тоже солнышко. Почему ты все время все отдаешь ей?
– Я не все отдаю ей, - усмехнулась я.
– Да ладно? Ты отдала ей свою комнату. Теперь там будет пахнуть красками, ты будешь плохо спать.
– Если хочешь, можешь предоставить ей свою комнату.
– Ты даже в Москву ради нее переехала.
– Она маленькая. Плюс ко всему, очень талантливая. Ей надо было сюда приехать. А одна она не могла.
– Во-первых, она уже давно не маленькая. Во-вторых, ты тоже талантливая. Почему ты ставишь себя на второе место?
– Сань, отстань. Я работаю. И ты бы чем-то полезным занялся.
– Да я-то займусь. Но у тебя так никогда не будет своей жизни, пока ты сопли за сестрой подтираешь.
– Ты опять про то, что я не сказала ей про нас?
– Ага! – подловил меня Саня. – Значит, «мы» все-таки есть?
– Были, - отмахнулась я.
Полина – самое прелестное создание в моей жизни. Она мое солнышко. Единственный человек, который всегда меня радует, даже когда весь мир отворачивается.
– Ты тоже многого стоишь, Кристина, - вдруг сказал Саня. Я даже оторвалась от ноутбука. – Если Полина в вашей семье солнышко, то ты – настоящее золото. И жаль, что ты не видишь этого.
– У меня нет никаких таких талантов, - развела руками я.
На всякий случай поясню. Меня никогда не смущало, что сестра талантливее меня. Каждый не может быть награжден талантами. У меня были свои достоинства, но какой-то дар туда не входил. В Полине было много недостатков, но они ей прощались за способности.
– Нет талантов? Тебе еще 30 нет, а ты уже сделала карьеру, которую многие к 40 не мечтают сделать.
– Карьера – это не талант.
– А что тогда?
– Трудолюбие. Хватка.
Саня посмотрел на меня с недоверием.
– Когда-нибудь ты увидишь то, что вижу я. И вот тогда я скажу, что ты привела в норму свою самооценку.
– У меня нормальная самооценка.
Я же не позволяю себе встречаться с теми, кто меня не достоин. Я ценю себя выше.
– Ты принижаешь себя. И считаешь себя недостойной нормального отношения. Если кто-то относится к тебе хорошо, ты видишь в этом подвох.
Он про себя что ли? Как бы объяснить ему, что никакого подвоха я в нем не вижу.
– Сань. Мы просто не пара. Я не вижу в тебе подвоха. И ты сам знаешь, почему.
– Да речь вообще не обо мне.
Когда я уже не стала уходить к Сане, Полина решила тоже поболтать со мной перед сном. Карма у меня такая. Либо ей не спалось от пива на ночь.
– Вы что, встречаетесь? – в темноте спросила Полина.
– Нет, конечно.
– Слава богу, - выдохнула сестренка.
– А что, если бы встречались?
– Было бы дико. Он же вообще не твой тип.
– Ты так думаешь?
– Ну, ты же рассказывала о своих мечтах. Я думала в твоем вкусе кто-то типа красавчика. А Саня и внешне не твой тип, да и характером.
– Ну, зато он хороший друг.
– Да он и парень, наверное, неплохой. Но ты же любишь галантность.
Я да. Я люблю. Я сама ей это говорила.
Утром я пожалела об этом разговоре.
– Каких парней вы называете красавчиками? – вдруг спросил Саня, доедая кашу из кастрюли, пока мы лакомились блинчиками.
– Вы не обсуждали свои вкусы? – удивилась Полина.
– Мне было бы интересно, - хитро посмотрел на нее Саня.
– А какие у тебя вкусы? – поинтересовалась она.
– Мне нравятся не-модели. А тебе, Кристина?
– А для меня внешность не главное. И вообще все эти стереотипы – ерунда, - впечатала я.
– А кто говорил, что хочет высокого голубоглазого блондина с красивым именем, чтобы у детей отчество было красивое? – наступала Полина.
– Главное, не как у нашего Рафика, - ржал Саня, доедая кашу из кастрюли. – Погоди, - у него даже вилка вовнутрь упала. – А уж не Рафаэля Анатольевича ли ты имела в виду под голубоглазым блондином? – осенило его.
Я недовольно уставилась в стену. Ну что, довольны? Все счастливы?
– В начальников влюбляются только идиотки, - стальным голосом заметил Саня.
– А в 30 лет на низшей должности только умные люди работают, да? – не могла не съязвить я. Конечно, я не была влюблена в босса. Но Саня, видимо, только в этом мог узреть причину, по которой я не хочу ничего афишировать. Конечно, других ведь проблем нет.