Артём вернул Зое автомат, забрал винтовку и, лихорадочно перезаряжая, стал всаживать в тушу пулю за пулей. Попадания были болезненными, каждый раз тварь вздрагивала, органы внутри превращались в фарш, но помирать она всё равно не собиралась.
Истратив полтора десятка патронов, Артем остановился, он, собственно, и не стал бы останавливаться, но его грубо схватили за плечо и оттащили.
- Хорош БК переводить, - раздался в ухе грубый голос Баранова. – Есть большой калибр.
Большой калибр в самом деле был, наводчики потратили минут пять на прицеливание, после чего полтора десятка мин превратили монстра, так и не успевшего зарыться, в мешанину из мяса, броневых пластин и камней. Всё же человеческий гений оказался сильнее, чем животная сила.
- Молодец, парень, - похвалил Баранов. – С такой разведкой, глядишь и дойдём до цели.
Глава двадцать первая
Не дошли. Оставалось совсем немного, километров пятьдесят. На этот раз разведка не понадобилась, из центра заранее предупредили, что им наперерез движется боевая группа чертей. Точнее, двигались они целым табором, как переселяющееся племя кочевников, а боевая группа шла в авангарде. Как они узнали о колонне, оставалось загадкой, но полчище боевых магов, копьеносцев и остальных воинов атаковали колонну прямо на спуске с гор.
Предупреждение сыграло свою роль, машины с нонкомбатантами двинули вперёд, приказав водителям выжимать из двигателей всё возможное, те же, кто мог стрелять, остались.
Машина Артёма попала под раздачу первой. Собственно, им повезло, автобусы пролетели мимо, а он слегка притормозил и прижался к обочине. Это спасло ему жизнь. Ослепительная вспышка, грохот и волна жара. Когда способность видеть и слышать вернулась, он разглядел перед собой огромное выжженное пятно, метров тридцать в диаметре. Температура разряда молнии оказалась настолько большой, что даже асфальт расплавился, превратившись в стеклоподобную массу.
За спиной надрывалась зенитка, громко ухали танковые пушки, автоматные очереди сливались в сплошной рёв. Сообразив, в какой стороне противник, Артём ухватил автомат и вывалился наружу. После удара молнии осталась серьёзная контузия, волна слабости ощутимо мешала передвигаться, но, к счастью, бежать никуда не пришлось. Он просто опустился на колено и, подняв автомат дрожащими руками, начал бить короткими очередями по чёрным фигурам, что скакали по склону.
Поначалу казалось, что поток никогда не иссякнет, на место убитого вставали двое, а скорость их транспорта была такова, что могла какое-то время спорить с техникой. Тут же людей постигла неудача, с одного из скальных уступов снова ударил заряд молнии. Ударил в танк. Секунду ничего не происходило, а потом железная махина взорвалась изнутри, отбросив башню метров на тридцать.
Но этот успех чертей был последним. Про экономию боекомплекта все забыли, прекрасно понимая, что, если сейчас не отобьются, будущего уже не будет. Миномётчики в очередной раз отличились, в тот уступ, где стоял невидимый отсюда маг, ударили сразу три мины подряд. После такого никто не выживет. Противник лишился тяжёлой артиллерии, стало немного легче. Но тут же появилась новая напасть, черти прорвались через стену огня и оказались слишком близко к колонне. Бойцы один за другим стали падать, корчась от боли. Казалось, людей уже не спасти, Артём, высадив последнюю очередь из автомата, отшвырнул раскалившуюся машину смерти и со всех ног метнулся к пулемёту.
Повезло, стрелок, прежде, чем упасть в корчах, успел заправить новую ленту. Пятьдесят патронов – не так много, но с учётом большого калибра и немногочисленности оставшихся врагов, ему хватило. Ураган огня снёс последних всадников, тонкие тела разрывало на части, падали и волки, окропляя камни кровавым фонтаном. Лента закончилась на удивление быстро, но и враги при этом тоже закончились. Последний уцелевший чёрт, шатаясь, шёл к нему, в отчаянии раз за разом протягивая вперёд левую руку с раскрытой ладонью, видимо, посылал заклинание. Правой у него не было, кровь из культи непрерывным ручьём стекала на камни. В глазах умирающей твари застыл немой вопрос.
- А вот хрен тебе, - злорадно сказал Артём, вынимая пистолет.
Тварь, несмотря на ранение, оказалась живучей, пришлось выстрелить шесть раз, прежде, чем обросшая короткой шерстью фигура повалилась на камни и забилась в агонии.
Разбор полётов был недолгим. Как только люди начали приходить в себя, пришло новое сообщение: идёт вторая волна. А встречать её было нечем. Расход боекомплекта за полчаса боя оказался катастрофическим, даже та лента, что расстрелял Артём, была последней. Не осталось ни снарядов, ни мин. Люди выжили, если не считать экипаж танка, но были в таком состоянии, что даже машину вести могли не все.