Однако в этот момент единственное важное для меня — это тот самый выбор, который сделает этот несносный, грубый парень.
Домой, спустя пятнадцать минут, я захожу на цыпочках и тут же шмыгаю к себе в комнату. Умыв лицо и приняв прохладный душ, забираюсь в постель, проверяю телефон. Тот один пропущенный и еще одно сообщение в мессенджере.
“Завтра в час буду ждать тебя за домом”.
Сердце тут же проносится галопом туда и обратно, и я резко подскакиваю на кровати.
Сообщение от Руслана.
Вчитываюсь еще пару раз, не веря в то, что написано, и что это реально.
Мозг судорожно придумывает, что ответить, просто согласиться или узнать, что за встреча.
«Зачем?»
Он прислал это десять минут назад, зажевываю губу, пялясь в экран в ожидании, когда он снова войдет в сеть.
«Хочу».
Приходит короткий ответ, а у меня внутри...
Боже, я не знаю, как это описать.
Будто что-то взрывается или зажглись бенгальские огни, которые ярко горят и сорят искрами.
Блокирую телефон, прижимая его к груди, и пытаюсь усмирить взбунтовавшееся сердце. Улыбка сама собой тянется на лице, и я чувствую, как скатывается слеза.
Хочу. Хочу. Хочу.
Непрерывно крутится в голове его голосом, и я закрываю глаза, предвкушая завтрашнюю встречу.
Глава 14
Бессонная ночь нисколько не напрягает, напротив, я чувствую какой-то неиссякаемый заряд.
Организовав себе завтрак, вяло ковыряя и в тарелке с кашей, потому что кусок в горло не лезет. Сложно не очаровываться, когда я уже воспринимаю сегодняшнюю встречу ничем иным, как свиданием.
Хотя прекрасно осведомлена, что с этим человеком очаровываться, в принципе, нельзя. Снова ведь могу провалиться в бездну отчаяния и буду растоптанной тем, кто на самом деле дорог сердцу.
Егор домой ожидаемо не вернулся, но и я не стала перезванивать. Отец скоро проснется на работу, а мама вскочит через пять минут, чтобы приготовить ему завтрак. Хотя, после того, что я засекла, сомневаюсь.
Мы вчера с ними не увиделись. Но немного отойдя от своих эмоций в ночи, отчетливо слышала разговоры на повышенных тонах из их спальни. Полагаю, они старались говорить тише, но до ушей долетало то, что мама не была спокойна, тогда как отца, напротив, было не слышно.
У них бывает периодами, не сказать, что как кошка с собакой. Но и гладкими их отношения не назовешь. Отец владеет собственной сетью салонов сотовой связи, и сейчас бизнес, мягко говоря, стоит. Хотя накопленные средства позволяют нам все еще жить, как мы привыкли. Мама же, в целом, всегда была занята нами.
Егор в детстве ходил на всевозможные кружки и занятия. Потом и меня втянули в это дело, так что сейчас я владею вокальными данными и умею неплохо рисовать. Но оба увлечения, которые я когда-то выбрала, скорее для того, чтобы остановить мою мать, но никак не для собственного вдохновения.
Допиваю свой чай, убирая в раковину грязную посуду и оставив бутерброды и яичницу на столе, замечаю отца, который уже нахмурив брови, входит в кухню.
— Доброе утро, — прощупываю почву, разглядывая его.
— Доброе, — судя по бурчащим ноткам, сомневаюсь, что оно соответствует заявлению.
С отцом у нас отношения «можно? — да». Когда я была помладше, думала, он меня так балует, а когда стала старше, кажется, что ему просто все равно. Мама же из той серии, чтобы все запрещать. Именно поэтому зоркие глаза двух парней направлены так яростно. Будто она просто-напросто вписала в их генетический код какую-то цифру, отвечающую за меня.
Впрочем, благодаря отцу, ее запреты держатся ровно несколько минут.
Не скажу, что она тревожная, но излишнее беспокойство все же есть. И это опять же не демонстрация огромной материнской любви. Ощущение, что в нашей семье мы с братом единственные, кто более-менее умеет улыбаться и веселиться.
И то, про меня еще можно поспорить, благодаря ему же.
Закрываюсь в своей комнате, надевая наушники и принимаясь все так же бездумно выводить узоры на бумаге. Отвлекает и расслабляет само собой. Лена говорит, что даже есть такой метод в психотерапии, правда, я никогда не интересовалась подобным. Бросаю взгляд на часы, уже десятый час.
Осталось пару часов, и я, наконец, перестану мучить себя неизвестностью.
Если честно, ощущение, что мозг намеренно заполняет пространство какой-то ерундой, лишь бы только не думать о причинах, цели и последствиях этой встречи.