— Утром да…
— Это еще повезло, — ухмыляется Север, вызывая во мне неодобрение.
— Ты в этот раз не составил компанию? — снова вывожу осознанно.
Он молчит, а затем, стреляя в меня своими серыми глазами, отвечает:
— Я уехал сразу после тебя.
Фраза задевает струны, и тут же сокращение органов становится частым, почти болезненным для вдоха.
Такая резкая смена его поведения определенно бьет по самому больному. По моим чувствам. Потому что я не понимаю, что произошло и с чего он вдруг стал так часто смотреть в мою сторону.
Неужели танец с Костей настолько задел этого непробиваемого парня?
Не спорю, благодаря ему и Егору никто никогда не видел меня с кем-то не то, чтобы в обнимку, а даже рядом. А если и замечали, то эти двое тут же коршунами приземлялись рядом.
— Хорошо, — тихо выдаю, а он не реагирует на мои слова: — Ты уже знаешь, куда уедешь?
То пятно, которое я до сих пор не могу превратить в рисунок в моей голове.
— Это было известно давно, — тут же отвечает: — Без моего участия.
— Станислав Сергеевич все решил за тебя? — зная ответ, просто спрашиваю.
— Ты ведь знаешь моего отца.
— Это же неплохо… Мой может только в противовес маме разрешать мне все, что захочу.
— Ты бы хотела уехать в Европу? — он тут же хмурится.
Раздумываю над ответом.
— Не знаю… Но я мечтаю помотаться по миру, посмотреть на другую, отличную от нашей жизнь. И не курортную, распиаренную в социальных сетях, а прочувствовать колорит, расширить кругозор… Это было бы увлекательно и невероятно, — размышляю вслух: — Сравнила бы то, что читала, с реальностью.
Руслан внимательно слушает, и я даже вижу, как приподнимается уголок его губ.
— У тебя все впереди, Веснушка.
— Ну… до этого, как минимум, еще несколько лет в ВУЗе, — отвечаю со скепсисом.
— Ты поэтому выбрала гостиничный бизнес? — тут же реагирует он.
— Это как-то само собой получилось, — я действительно не специально.
Из тех направлений, куда я проходила, это было наиболее интересным.
— Невозможно знать в семнадцать, с чем ты хочешь связать свою жизнь…
— Как и с кем… — Север многозначительно добавляет.
Оставляю реплику без внимания, потому что тут мы в мнениях расходимся.
Я верю в любовь один раз и навсегда, Северову же просто не дано понять, что это за чувство. Дальше наша поездка проходит в довольно комфортном молчании, а спустя уже минут сорок мы заезжаем на территорию дома через массивные ворота.
— Здесь все, как и раньше… — улыбаюсь, озвучивая.
Мы частенько ездили сюда семьями, когда я была младше. Старший Северов и мой отец приятельствуют крепко, поэтому не раз собирались то на шашлыки, то праздники совместно отметить, то просто выбраться за город.
Отец Руслана, насколько мне известно, занимается коммерческой недвижимостью в городе. Только, видимо, сыну пророчит что-то покрупнее имеющегося.
— Идем? — Руслан поворачивается на меня, останавливаясь у дома, смотрит чуть исподлобья.
С чего-то осторожничая, киваю и открываю дверь. Воздух вокруг невероятно чистый, и я тут же вдыхаю запах недалеко раскинувшегося леса, в частности хвои.
Замираю на пару мгновений, вскидывая голову в чистое небо. Ни единого облачка, только нежно-голубое красивое полотно.
Наконец, возвращаюсь в реальность, оглядываюсь в поисках парня и вижу, как он, прислонившись к капоту, ждет меня.
– Что? — адресовываю вопрос, неловко краснея.
Хочется сразу же отбиваться от нападок, но это уже скорее механический инстинкт, выработанный годами.
Он отрицательно качает головой и указывает подбородком на их коттедж.
Бело-черная новомодная постройка по типу финских домов в один этаж. Площадь тут квадратов двести, если не больше.
Сколько раз, когда мы здесь были, я задавала вопрос родителям, для чего такой большой дом семье из двух человек, ответов не слышала.
— И? — как только мы оказываемся в отделанном мрамором холле, тут же спрашиваю.
Сама не пойму, с чего я начинаю нервничать. А самое, что сильнее всего меня нервирует, это Руслан, который по своим меркам выглядит довольно расслабленным.
— Выпить? Поесть? — щурятся его глаза, а я нетерпеливо мотаю головой.
— Ты так и будешь обсуждать что угодно, накопившееся в тебе годами, вместо того, чтобы объяснить, для чего мы здесь?
Озвучиваю напрямую и отчаянно скрываю, как потеют ладони. Собранности моей сама же могу позавидовать, но внутри тарахтит, кажется, все, что можно: сердце, пульс, живот.