-Кое-кто слишком долго боялся выйти, - оправдала себя Шанель, покосившись на Стейси. - Веселье начинается.
Шани заключила подругу в объятия, даже не подозревая, что открыла ей идеальный обзор на ту часть комнаты, где стояла компания футболистов. Однако, Арчи среди них уже не было.
Протискиваясь сквозь толпу, Жак нёс четыре стаканчика, прижимая их к груди. Заметив подруг на диване, он направился к ним, локтями расталкивая путь.
-Ну наконец-то! - Шани хлопнула в ладоши, выхватив у него два стакана. Один протянула Джинджер, другой - Стейси.
Та опустила взгляд на розовую жидкость, подозрительно принюхавшись - резкий запах алкоголя заставил поморщиться.
-Что это? - Спросила Стейси, отодвигая стакан.
Жак взял его и покрутил, оценивая содержимое:
-Пунш. Должен был быть безалкогольным...
Стейси сжала стакан, словно держала бомбу. Если родители узнают. Мысли о запретах, наказаниях, перечёркнутом будущем сдавили горло.
-Стейси, ты пришла сюда веселиться, - голос Шанель ворвался в её сознание. Подруга стукнулась с Джинджер, которая залпом осушила напиток, и протянула свой стакан Стейси. - Не будь занудой. Давай вместе?
-Не заставляй её, Шани. - Жак отхлебнул из своего стакана и усмехнулся, заметив её испуганный взгляд. - Спокойно, у меня вода. Я сегодня трезвый водитель.
Выпустив воздух через стиснутые зубы, Стейси еще несколько секунд размышляла. Любопытство пересилило: она чокнулась с Шани и сделала крошечный глоток. Алкоголь обжёг горло и медленно проскользнул вниз. Желудок сжался, едва не выплеснув обратно отвратительную смесь. На вкус это напоминало сироп от кашля, который мать заставляла её глотать в детстве.
-Ну как? - Шанель вцепилась в ладони подруги. - Взлетаем?
Стейси зажмурилась, пытаясь побороть тошноту. Когда открыла глаза - заметила Арчи. Он стоял у стены, кусая губу, будто кого-то искал. Взгляд скользнул по комнате, но так и не задержался на ней.
-Пошли потанцуем? - Джинджер дёрнула её за руку.
Стейси только начала приходить в себя, привыкая к неприятной горечи в горле. Но подруги, не давая времени на раздумья, вытащили её в центр толпы. Музыка глушила мысли, тела сливались в ритме. Шанель прижалась к Жаку, двигая бёдрами, Джин извивалась, как змея. Стейси застыла, чувствуя, что от слишком большого количества людей воздух становится густым. Голова закружилась так, что ей казалось - ещё секунда, и она рухнет.
Заметив неподалеку лестницу, Стейси рванула туда. Жадно глотая воздух и держась за поручень, как за спасательный круг, она поднялась на второй этаж. Стейси наугад толкнула дверь, к ужасу, столкнувшись с Дереком. Тот едва держался на ногах, но не выпускал стакана из рук. Парень дернул бровями и усмехнулся, но так ничего и не сказав, пропустил её внутрь.
Стейси нерешительно огляделась, убеждаясь, что находится в комнате одна, музыка снизу приглушилась. Выйдя на балкон, она с наслаждением вдохнула прохладный ночной воздух. Наконец почувствовав себя безопасности, забралась на перила, свесив ноги вниз. Она не боялась упасть.
Стейси закрыла глаза и погрузилась в мысли, не заметив, что в комнату вошел еще один человек. Арчи замер в дверном проёме, наблюдая, как Стейси раскачивает ногами над пропастью. Её силуэт сливался с ночью, а темные волосы казались плащом, укутывающим хрупкие плечи. Лунный свет скользил по её профилю, подсвечивая ресницы, опущенные к щекам. Она напоминала фарфоровую статуэтку, которую могло разбить одно неловкое движение.
Его пальцы сами собой сжали кожаную полоску на запястье. Шершавая поверхность въелась в память глубже, чем слова. «Ты обещал», - шептал внутри чей-то голос из тех времен, когда мир казался несправедливым и опасным. Он натянул ткань рукава, скрывая браслет, будто сама мысль о том, что Стейси заметит его, жгла сильнее огня.
Арчи не мог отвести пристального взгляда от девушки и почти не дышал, чтобы случайно не напугать её. «Не подходи. Не разрушь это». Но ноги сами понесли его вперед, будто тянула невидимая нить, сплетенная из лунного света.
Арчи остановился в двух шагах от балкона, вдыхая запах её духов - вишня и что-то горькое, как прощание. Взгляд скользнул по её рукам, сжатым на перилах. Ни колец, ни других украшений, только вены под прозрачной кожей. Как тогда. Сердце дрогнуло, но он заставил себя не выдать дрожь, что пробежала по спине.
Арчи мог бы еще долго стоять вот-так, просто наблюдая за ней. Противоречивые чувства одолевали, и он не знал, как с ними совладать. Всякий раз Арчи ловил себя на том, что думает о ней, что где бы он не находился, неосознанно пытается найти её взглядом. В ней не было той хрупкой ярости, что преследовала его. В ней горел тихий свет, который он хотел защитить, даже если это стоило ему самого себя.