-Единственным человеком, кто поддерживал меня был дед, - Седрик осторожно вытащил из чехла фотографию, будто доставал реликвию.
Снимок был потёртым на углах, видимо его часто держали в руках. На нём дед сидел на старой скамейке в саду, залитом светом заката. Его круглое лицо лучилось теплом. Густые брови, поднимались вверх, а глаза, такие же карие, как у Седрика, искрились озорством. Широкий нос слегка вздёрнут, а вокруг глаз расходились морщинки. Тонкие губы растянулись в такой искренней ухмылке, что Стейси невольно улыбнулась в ответ.
-Когда родители выбросили мой первый снимок - ржавые качели на фоне заката, дед вытащил его из мусорного бака. Наутро повесил в рамку над моей кроватью, - голос парня дрогнул, будто в нём проснулся тот мальчишка. - Он называл это «ловлей мгновения».
Стейси провела пальцем по краю фотографии, пытаясь ощутить то давнее лето: запах вишни, шелест листьев, шутки деда, от которых щемило в груди. Даже на потускневшей бумаге было видно - этот человек умел любить так, что от его доброты некуда было спрятаться. В кафе внезапно стало тихо, а воздух сгустился под тяжестью воспоминаний.
-Он подарил мне этот фотоаппарат на четырнадцатилетие со словами: «Ты видишь мир иначе. Это дар, даже если никто этого не понимает», - Седрик потряс им в воздухе, губы растянулись в печальной улыбке. - А потом... Этим летом. Сердечный приступ. Всё случилось так внезапно, я даже не успел попрощаться.
Стейси заметила, как его рука сжимает фотоаппарат так, будто это единственная нить, связывающая его с прошлым. Её глаза вдруг наполнились слезами. Не от грусти, а от щемящего чувства, что где-то там, за границами снимка всё ещё звучит эхо его смеха.
-После его смерти я не мог нажать на кнопку, - Седрик внезапно навёл фотоаппарат на Стейси, их глаза встретились через объектив. - А потом я заметил, как ты сжимаешь рукав. Точь-в-точь как он сжимал край одеяла в больнице. И я... я нажал на кнопку.
Он пролистал снимки на экране. Стейси у шкафчиков, прижимающая учебник к груди, словно щит. Стейси на трибунах, разглядывающая шрам, когда думала, что никто не видит.
-Ты всегда прячешься. Но здесь… - он увеличил её изображение, где её глаза были широко раскрыты, губы сжались. - Здесь ты настоящая.
Стейси втянула воздух. На экране мелькнуло фото с Арчи: она смеялась, но плечи всё ещё были сведены в защитном жесте, арука, поправляющая волосы, замерла в движении - живая, не та, что прячет шрам под свитером.
-А это? - её голос звучал тише шелеста листьев.
Седрик замер, увидев их смех на снимке. Его пальцы сжали фотоаппарат так, будто хотели раздавить воспоминание.
-Он как они. Мои родители. Те, кто называл деда чудаком, - Седрик резко выдохнул. - Он прячет тебя за улыбками, будто твой страх - позор. Но я вижу... ты же настоящая. Как дед на этой скамейке - с трещинами, но не сломанная.
Он встряхнул головой, будто отгоняя наваждение, и показал последний кадр: Стейси в классе, прикусившая губу над конспектами. В уголке экрана - её палец, бессознательно рисующий бесконечность на полях.
-Ты напоминаешь мне о нём, - Седрик вдруг встал, чуть не опрокинув стул. - Иногда я ловлю себя на том, что ищу его в каждом кадре. Даже в тебе. Будто он где-то здесь, смеётся и говорит: «Смотри, Сед, она живая. Значит, и мы ещё живы...», - он сжал кулаки. - Но это неправильно, да? Использовать тебя, чтобы заглушить свою боль. Дед бы меня прибил...
Стейси молча протянула руку, накрывая его ладонь. Холодную, дрожащую, как у неё в тот день, когда Арчи перевязывал ей порез.
-Ты снимаешь не меня, - тихо сказала она. - Ты ищешь его, да? Как будто через меня пытаешься вернуть то, что потерял.
Седрик резко дёрнулся, будто его ударили. Глаза стали стеклянными, и он посмотрел в окно на беззаботных прохожих.
-Не надо жалости! - Его смех прозвучал фальшиво. - Просто... Лови момент, пока он не исчез. Пока чья-то боль не стала твоей тюрьмой.
Стейси потянула Седрика за рукав, вынуждая сесть рядом. Она развернула фотоаппарат, поймав в кадр их двоих. Щелчок. На экране застыли Стейси с мягкой улыбкой и Седрик, смотрящий на неё так, будто впервые видел надежду.
-Держи, - она протянула камеру. - Для твоей коллекции.
Они возвращались в школу молча. Стейси чувствовала, как любопытные взгляды цепляются к её спине, будто все знали, где она была. У кабинета Седрик остановился:
-Спасибо, что выслушала. Я... не говорил об том никому.
-Иногда нужно, чтобы кто-то увидел твои шрамы, - тихо ответила Стейси, вспоминая Арчи.
-Я не могу отступить, Стейси, - он сжал фотоаппарат. - Даже если он снова ударит... Мне нечего терять, кроме этих снимков.
-Ты не потеряешь его, Седрик. Он здесь, - она тронула пальцем объектив. - В каждом кадре, который ты делаешь. Но если будешь цепляться за меня, ты потеряешь себя. А он не хотел бы этого.