-Грувер, я... - голос сорвался.
Она так увязла в своём маленьком новом мире, что забыла обо всём: запретах, родителях, последствиях. Мысли путались, а слова отказывались складываться во что-то внятное.
-Довольно, - тихим, но твердым тоном прервал её мужчина. Стейси сглотнула, чувствуя, как дрожь охватывает тело.
Она боялась не наказания. Боялась, что вчерашняя ночь с Арчи стала последней. Боль сковала грудь, и Стейси едва не бросилась к его ногам, умоляя сохранить тайну. Но Грувер вдруг тяжело вздохнул, рухнув на стул.
-Чёрт, Стейси, - он провёл рукой по лицу, стирая тень усталости. - Зачем ты усложнила нам жизнь?
-Ты же знаешь меня, Грувер, - её голос задрожал. - Видел, как я росла в этой клетке. Я устала быть «странной девочкой», которая боится собственной тени. Хотела... хотела просто побыть обычным подростком. Влюбиться. Почувствовать, что живу.
Слёзы катились по щекам, делая речь прерывистой, но Грувер слушал, не перебивая. Его пальцы сжали край стола до побеления костяшек.
-После Лондона я думала, что никогда не смогу... - она замолчала, сжав кулаки. - Но Арчи... он вернул меня к жизни.
Грувер закрыл глаза, словно воспоминания о том дне приносили ему физическую боль. Перед ним вновь возникло бледное лицо Стейси, вернувшейся домой, её перебинтованное запястье и стеклянные глаза.
-Ты ведь понимаешь, что я обязан рассказать твоим родителям? - В его голосе прозвучала несвойственная для него нерешительность.
Стейси кивнула, сглотнув ком в горле:
-Это твоя работа.
Он поднялся, и она инстинктивно вжалась в стену. Но вместо упрёков Грувер неожиданно притянул её к себе, обняв так крепко, что дыхание перехватило.
-В лучшем случае, меня уволят. В худшем - сожгут на костре, - он усмехнулся, но в глазах читалась грусть. Стейси застыла в непонимании. - Я никому не скажу.
Облегчение накатило волной, заставив её пошатнуться. Слёзы хлынули с новой силой - теперь от счастья, что в её жизни появился ещё один союзник.
-Ты выросла у меня на глазах, Стейси. И сейчас... ты единственный близкий человек, за которого я готов на всё, - он погладил её по голове, словно всё ещё видел перед собой ту девочку с косичками. - Хотя, ты была несносным ребенком.
Стейси отпрянула, широко раскрыв глаза. Грувер рассмеялся - глухо, искренне, и она невольно присоединилась, чувствуя, как тяжёлый камень свалился с души. Тёплые волны разлились по телу, растворяя напряжение в плечах.
Стейси вдруг осознала: раньше её мир был чёрно-белым, как фотография, которую подарил ей Седрик. Она научилась прятаться в тени, не замечая ни алый смех Джинджер, ни сиреневые круги усталости под глазами Эрнеста после ночных подготовок к лекциям, ни того, как Шани врывалась розовым вихрем, перекрашивая серые будни в салют из сплетен и дурацких шуток. Не видела, как Жак - оранжевый луч света - разжигал их компанию дружескими подтруниваниями. Даже Грувер, всегда такой коричнево-надёжный, с его музыкой по утрам из радиоприёмника, стал частью палитры - цветом земли, на которой можно стоять, не боясь упасть.
Но с тех пор, как в её жизни появился Арчи, всё изменилось. Он ворвался, со своими изумрудными глазами, как акварельная краска, размывая чёткие линии запретов и правил. Теперь в её мире были и яркие цвета осени, и багряные закаты, и даже шрам на запястье теперь переливался перламутром - не клеймо, а блик на полотне, где каждый мазок обретает смысл. Стейси больше не вернётся в свою монохромную клетку. Она была готова смешать все оттенки, чтобы написать себя заново.
Глава 21.
Арчи и Стейси сидели на подоконнике в школьном коридоре, залитом осенним солнцем. Лучи пробивались сквозь мутные стёкла, подсвечивая мельчайшие частицы пыли, летающие в воздухе. Их плечи едва касались друг друга, и тепло от этого легкого прикосновения разливалось по телу. Он молча рассматривал трещину на линолеуме, а она ловила каждое его движение краем глаза, как дрогнули ресницы, как напряглись пальцы, сжимающие край подоконника.
-Знаешь, - Арчи поднял голову, и их взгляды встретились, - хоть мы и не знакомы с ним... я всё равно благодарен, - его пальцы легонько скользнули по её ладони, сжимающей колено, и замерли на костяшках. - Немногие рискнут работой, ради спасения странной девочки-подростка.
Стейси фыркнула, щипнув его за локоть, и Арчи рассмеялся - хрипло, вызывая мурашки. Он обнял её за плечи, и на мгновение мир сузился до этого коридора. Рассказ о Грувере, который поклялся хранить её секрет, словно снял камень с души. Но вместо ожидаемого страха Арчи лишь ухмылялся, его забавляло, что охранник рассекретил её побег.