— Понятно. Мы из Менрита сами. Да, там тоже с Лесом что-то странное, — Меркис залпом выпил половину кружки пива. — Не думал, что и здесь о даггах услышим.
— Да и мы не думали, — печально вздохнув, ответил трактирщик. — Но Лес-то есть везде. Значит, неделю доработаю и к своим съезжу. Надо проведать, раз тут такое дело. Спасибо.
Хозяин заведения пожал нам руки и скрылся в зале. Меркис запустил пятерню себе в шевелюру.
— Слышал? Точно говорю, это все не просто так. И как же мне это не нравится, — сказал он, рисуя пальцем на столе какие-то узоры.
— И как ты собираешься с этим разбираться? Меркис, может, не стоит? Ты сам говорил, что с анахретами справится непросто.
— Говорил. Но я и соваться на рожон не собираюсь. Есть несколько способов, как относительно незаметно идти через Лес. Вот и попрактикуюсь, вспомню молодость. Если все окажется хуже, чем я думаю, то, пожалуй, придется переезжать. Жить у самой кромки взбесившегося Леса нет никакого желания.
— А как я тебя потом найду? — заволновался я.
— Ах да, как раз об этом хотел тебе сказать, — спохватился волхв. — Ты когда в Университете устроишься, пришли мне письмо. Черкни хотя бы в двух словах, как дела и все такое. Отправишь Тривону в Менрет, адрес ты знаешь. А уж я у него заберу. Если соберусь переехать или еще чего важное — напишу тебе на обратный адрес. Идет?
— Идет. Только почаще пиши. Мне же интересно, что происходит в доме. А там я и сам на летних каникулах приеду.
— Хорошо, — усмехнулся учитель. — Постараюсь. Но приезжать лучше не надо. Зачем рисковать лишний раз, да и в Университете есть чем заняться летом. Не забывай, тебе придется искать работу. У меня, например, когда учился, свободного времени почти не было.
— Ладно, там посмотрим, — уклончиво ответил я, хотя намерения приехать к Меркису следующим летом, конечно же, не изменил. Пусть думает, что я его понял. А там действительно будет видно.
— Ну, пожалуй, нам пора, — наставник допил пиво и встал и-за стола. — Тебе еще идти немало, а мне до ночи нужно в ту деревню вернуться.
На берегу Ксены столпилось множество народу. Все ждали начала посадки на паром, который ходил строго по расписанию. Поинтересовавшись у одного из горожан, мы выяснили, что ближайший паром отходит через полчаса.
Меркис ткнул меня локтем в плечо и указал на невысокого старичка в синем балахоне, стоящего около парома.
— Видишь? Вот это паромщик.
— Ну и что в нем особенного? Старик как старик. Вполне обычный.
— А ты силовым зрением посмотри, — подмигнул мне наставник. — Ну, как?
Перешел на силовое зрение и опять посмотрел на паромщика. Теан милостивый, да он сверкает, как новогодняя елка!
— Да он же маг! — воскликнул я. Пожалуй, слишком громко, так, что соседние с нами люди обернулись.
— Тише ты, всех испугаешь, — засмеялся Меркис. — Конечно, он маг. А ты как думал паром ходит?
— Честно говоря, понятия не имею. Я об этом даже не задумывался.
— Это на тебя не похоже. Что бы ты, да не задумывался о чем-то? Ха, ну так и быть, расскажу. Любой паромщик — сильный маг-водник. Как можно догадаться, специализируется на магии воды. По ширине реки проложены толстые канаты, по которым движется платформа парома. А как она движется? Правильно, с помощью магии воды. Для того паромщик и нужен.
— И так на всех переправах?
— Нет, на маленьких речках паромщики обычные. Тянут паром на канате. А тут, сам понимаешь, река слишком широкая. Вот, кстати, тебе еще один пример бытовой магии. Хотя паромщикам, насколько я знаю, платят достойно. Не хочешь на паромщика пойти?
— Не думаю. Это слишком скучно. Перевози людей целый день, что тут интересного?
— В жизни, Кэсс, не обязательно должно быть все интересно. Иногда нужно делать и не очень приятные вещи. Думаешь, очень много магов грезят быть паромщиками? Конечно, нет. Но тут платят деньги, так почему бы и не работать? Не из всех получаются великие алхимики, стихийники и лекари.
Если не делать то, что тебе интересно, то зачем вообще жить? Это мне было не понятно. Ну заработаю я приличные деньги, но что с того? Лучше сидеть голодным, но заниматься интересным делом. Я, по крайней мере, думал так.
Оставшиеся до отхода парома полчаса пролетели как одно мгновение. Паромщик достал из своего домика большой колокольчик и громко зазвенел в него, созывая людей на пристань.
— Что же, пора прощаться, — Меркис протянул мне руку. — Вроде бы я все тебе рассказал, все объяснил. Хм, точно ничего не забыл? Да нет, наверное, все.
Я хотел было просто пожать ему руку, но не удержался и обнял наставника. Сова, сидящая у меня на плече, при этом чуть не свалилась и обиженно пискнула.
Меркис похлопал меня по спине и отстранился. Вид у него был крайне печальный. Не надо было смотреть его ауру, чтобы понять, что он сейчас испытывал.
— Ладно, хватит сантиментов, — сказал он и шмыгнул носом. — Пора тебе, а то опоздаешь.
Я обернулся. Люди постепенно заполняли платформу парома, мне действительно нужно было спешить. Но уходить так не хотелось! Воистину, прощания — самые сложные моменты в нашей жизни.
Волхв ободряюще хлопнул меня по плечу.
— Ну что, Кэсс Лайстрам, скоро наступит самое важное время в твоей жизни. Уверен, все будет хорошо и ты сделаешь правильный выбор. Успеха тебе.
— Я думал, обычно желают удачи.
— Удачи желают только тем, кому она нужна. Тем, кто не может добиться всего своими силами. Поэтому я желаю тебе успеха.
Пожав своему наставнику руку на прощание, я развернулся и поспешил к парому, не оборачиваясь на ходу. Сова подпрыгивала у меня на рюкзаке, крепко цепляясь за ткань.
На паром я вошел одним из последних. Старичок в балахоне закрыл воротца на платформе и еще раз позвонил в колокольчик, возвещая об отплытии. Затем он взялся за деревянные поручни и закрыл глаза. На воде со стороны берега образовались волны, и платформа плавно двинулась в путь через реку.
Меркис стоял на прежнем месте и смотрел нам вслед. Вот он поднял руку, помахал мне, я ответил тем же. Когда я увижу его снова? Конечно, нужно постараться приехать летом, но… Почему-то у меня было такое, будто увидимся мы с наставником совсем не скоро. Я прогнал неприятную мысль прочь.
Паром постепенно развивал скорость. Меня стал обдувать слабый ветерок, трепля волосы и взъерошивая сове перья. Вода тихонько плескалась за бортом, создавая белые бурунчики на волнах. Пахло свежестью и свободой.
Когда ветер стал сильнее, я снял сову с рюкзака и прижал к груди. А то еще сдует ненароком в реку.
— Спасибо, — сказала сова.
А я чуть не свалился прямо в воды величественной Ксены.
«Совы не говорят, совы не говорят», — твердил я про себя, нервно сглатывая. Виновница моего волнения между тем рассматривала меня своими громадными глазами, делая вид, будто ничего особенного не произошло.
Я осмотрелся по сторонам — кажется никто ничего не заметил. Люди стояли на платформе со скучающими лицами, ожидая прибытия парома на другой берег Ксены. А, может, мне показалось? Я ночь почти не спал, вот и привиделось, то есть прислышалось. Ну или кто-то из пассажиров рядом сказал «спасибо», а я почему-то подумал, будто это сова. Сейчас, правда, никто из моих соседей не разговаривал, но мало ли. Могли ведь и паромщика просто поблагодарить.
Очень хотелось по привычке спросить Меркиса обо всей этой ситуации. Я уж было открыл рот, когда осознал, что учителя рядом со мной больше нет. От этой мысли стало как-то тошно и совсем печально.
Сова склонила голову на бок и, похоже, вытаращила свои плошки еще больше. Весь ее вид как бы говорил: «Ты чего делаешь? Чего испугался?» Я легонько щелкнул ее по клюву. Птица нахмурилась, насколько вообще может нахмуриться птица, но ничего не сказала. «И слава Теану», — подумал я. Если бы она сейчас произнесла хоть слово, меня можно было бы уже вылавливать за бортом парома. Да, мне просто показалось. Ничего больше. Я был утомлен, взволнован, расстроен, вот и заклинило немножко. С кем не бывает.