Спускаюсь, собираясь отправиться к самому большому окну в гостиной ждать его, а он уже здесь. Слышу его тяжелые шаги в прихожей. Мчусь навстречу.
— Привет, — улыбаюсь широко, радуясь ему, как Аня своим новым фломастерам. — Задание выполнено. Я ее отвлекла.
— Умница, — приобнимает меня за талию, целует в висок и ведет вглубь гостиной.
— А что это у тебя там? — папка какая-то синяя за пазухой.
— Кое-что важное. Садись, — просит сесть на середину дивана, и я сажусь. Он тоже рядом устраивается, раскрывает папку на прозрачном низком столике.
— И что же такое важное ты принес? — спрашиваю беззаботно, откидываясь на спинку дивана. Так спать снова хочется… И дело не в погоде.
— Твою свободу.
— Что?.. — мгновенно напрягаюсь, подавшись вперед, чтобы взглянуть на бумаги.
— Ты разведена. Официально. Его согласие для этого не нужно было. Все его стремление заполучить деньги твоего отца — оборвалось в последний момент. А ведь он такую, мудак, схему идеальную придумал...
— Как это?..
— Он уже и человека нашел, которого он выдал бы за твой труп. Но я сделал так, что ты «объявилась». Типа объявилась.
Ч-что?... Что?!
— А… — беру бумаги со стола и вместе с ними поднимаюсь на ватных ногах с дивана. — Я… я разведена. Меня… меня больше ничего не связывает с этим человеком… — бегаю глазами по тому, чего не понимаю. Но раз Мирон так сказал, то так и есть. Я даже вникать не хочу в эти буквы.
— Ничего не связывает, — довольно хмыкает Мирон.
Папка выпадает из моих рук, как надо падает на стол, а Мирон тоже поднимается, берет меня за руки, притягивает к себе.
Смотрит так, будто не понимает моей реакции. Я в шоке. Не думала, что все будет... так. Была уверена, что чтобы прекратить этот кошмар и развестись, мне придется лично встретиться с бывшим мужем. Морально готовилась к этому, но... не придется. И все это благодаря Мирону.
— Прости… Мне просто не верится. Я пытаюсь осмыслить…
— Все официально. Только с документами небольшая морока впереди.
— Ерунда какая, — белозубо улыбаюсь и, отпустив его руки, забрасываю свои ему на шею. Эмоции захлестывают, начинаю пищать, виснуть на нем, болтать ногами. В ответ ощущаю его ладони на своей талии и сразу успокаиваюсь, прикрываю глаза, растворяясь в этом моменте. Как же хорошо знать, что часть ада уже позади.
Теперь я точно не могу молчать. Не стоит оттягивать.
— Мирон…
— М-м... — поглаживает мою поясницу.
— Я тоже должна тебе кое-что важное сообщить, — произношу как можно мягче, даже с иронией, чтобы он не волновался и не отстранял меня от себя.
— Сомневаюсь, что эта новость такая же классная, как моя, но слушаю, — продолжает обнимать, шумно втягивая носом запах моих волос.
— Но тут я бы поспорила…
Вот теперь он отстраняется, чтобы посмотреть на меня странным взглядом.
Не хочу ничего говорить. Я лучше намекну так, что у него других мыслей просто не будет.
Беру его руку и кладу ее себе ладонью на живот, после чего поднимаю взгляд.
— Три дня уже знаю об этом… Молчала, потому что… Какого-то особенного момента ждала… А сегодня он что ни на есть особенный.
Глава 22.
— Т-ты… ты это сейчас серьезно? — киваю на его вопрос, радуясь его реакции. Я боялась чего-то другого. Страха, наверное. В прошлый раз эта новость не долго нас радовала... — Уже точно знаешь?!
— Я три теста сделала. Точно, Мирон. И мне… мне страшно, — глаза наполняются слезами, хоть я этого и не хочу. Гормоны уже бушуют.
— Т-ш-ш-ш… Ты чего? — усаживает меня обратно на диван. — Чего ты боишься?
— В прошлый раз…
— Прошлого раза не будет, — обрывает. — Я даже слышать не хочу. И тебе думать запрещаю.
— Помнишь, мы так же радовались…
— Все я помню, Лада, — повышает на меня голос Мирон, злясь. — Хватит уже об этом. Мы уже не те, что раньше. Все будет по-другому. Иначе… — прикасается костяшками к щеке, вглядываясь в мое лицо. — И ты права, — изгибает губы в улыбке, — твоя новость куда круче моей. Развод разводом... Он бы и так случился. Может, позже, но…