– У нас есть варенье из шишек, родители с Алтая привезли. Хочешь попробовать?
Вика придвинула к себе стул и достала из сумки телефон и какой-то свёрток.
— Давай, интересненько. А мне Димка коробку крутого белорусского зефира привёз. Поможешь избавиться.
— О...ого. Я могу одна его весь съесть, если тебе не хочется, — сказала Аля, наливая кипяток в кружки.
— Жестоко лишний раз напоминать мне о своей способности есть тонны сладкого и не толстеть. Если кто-то из моих подписчиков узнает, что я иногда ем сладкое, мой авторитет…
Вика не успела договорить, её телефон завибрировал, и она сразу умчалась в Алину комнату отвечать. Из-за стены глухо доносился её голос. Стараясь не подслушивать чужой разговор, Аля утопила пакетики чая в кружках и села за стол. Её телефон не подавал признаков жизни, но она по привычке проверила, нет ли сообщений. Влад уже давно перестал присылать ей нежные послания по несколько раз в день, и Аля, пересиливая чувства тревоги и тоски, убеждала себя в том, что это естественное развитие их отношений.
Вика вернулась, довольно улыбаясь.
— Димок через десять минут заедет за мной. Боится на море одну отпускать. Глупый. С моим отчимом шансы на пляжный роман равны нулю. Кстати, как там Влад? Куда пойдёте на твой ДР?
— Не знаю пока насчёт ДР. У Влада был депресняк какой-то, сам не звонил, не писал, мы сегодня первый раз за две недели увиделись.
Вика открывала баночку с вареньем, сверля Алю неодобрительным взглядом.
— Да помнит он про ДР, я уверена, — сказала Аля.
— Две недели не виделись? Ты уверена, что у него никто не появился?
— Нет, ты что. Он… так обнимал меня сегодня. Нет, — Аля отмахнулась от этой мысли, посещающей её голову не раз за последние дни. — Просто на него нашло что-то, ищет смысл жизни… вроде того. Предложила ему в сентябре вместе в бассейн начать ходить. Будем встречаться несколько раз в неделю сразу после пар. Ему понравилась идея.
— Это, конечно, мило. Но! — Вика откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. «Вошла в режим училки», как про себя называла это Аля. — У вас так и не было ничего до сих пор?
— Вика-а-а. Я не могу. Пока не могу, — Аля нахмурилась и уткнулась носом в стол.
— Ясно. Вы вместе полгода, а ты до сих пор никак. Какой нормальный парень это выдержит? На одних поцелуях далеко не уедешь.
— Да почему? Мы ведь много что делаем. – Аля начинала злиться то ли на себя, то ли на Вику. – Думаешь, все парни только ради секса встречаются?
— Думаю, что нормальные парни без секса не выживают. Дело, конечно твоё. Но тебе самой разве не хочется?
— Хочется, конечно. Да я еле сдерживаюсь иногда, чтобы не потерять голову.
— Зачем?! – спросила Вика с неподдельным удивлением. Вы — два взрослых человека, почему бы не доставить друг другу удовольствие? Тем более, ты говоришь, что любишь его. Первый раз всё равно когда-то случится, и это не так уж больно, если ты этого боишься.
— Да нет. – Аля отодвинула полупустую кружку, вышла из-за стола и взобралась с ногами на подоконник. — Жарко как.
Она задрала футболку, подставляя живот слабому ветру. Было сложно подбирать слова так, чтобы не задеть Вику, у которой первый секс случился ещё в 11 классе. По словам подруги, с тех пор она стала чувствовать себя свободнее и увереннее с парнями.
Аля не умела разговаривать на такие темы, смотря в глаза собеседнику, поэтому прежде чем продолжить, она повернулась лицом к улице и стала разглядывать машины, припаркованные под окнами.
— Я боюсь представлять себе, что будет потом... – Аля ненадолго замолчала. — Вот, мы лежим вместе, и он говорит: «Ну пока, я на тренировку, спишемся». А я убираю следы его присутствия, чтобы родители ни о чем не догадались, и сажусь учить лекции. И всё. У меня ощущение, что весь мир рухнет. Мне кажется, я стану слишком сильно зависимой от Влада и… перестану принадлежать самой себе, что ли. А оценит ли он это, я не знаю. И очень боюсь. Извини, если тебя задевает то, что я говорю.
Аля бросила быстрый взгляд на подругу, жалея, что может поделиться с ней только частью своих мыслей, боясь быть не понятой. Много раз мама говорила Але, что секс до свадьбы — это плохо, и это убеждение, как бы девушка ни сопротивлялась, сидело в её подсознании. Всё это тоже было частью Алиных тревог, но говорить об этом Вике она не стала.