Наша Даша погибла. Погибла в страшной аварии. Наша Даша… Но как? Как девчонка, о возвращении которой я молил Вселенную каждый день, могла так просто уйти? Уйти навсегда…
В состоянии абсолютного непонимания, я обернулся к друзьям. Быть может, мне послышалось? Показалось?
Но нет. С не менее потерянными лицами стояли и парни. Синхронное молчание заглушалось лишь рыданием тети Любы.
- Бред… - совсем тихо произнес Богдан. - Да это ересь какая-то! Невозможно! Они все врут! - довольно сильно повысив голос, добавил друг.
- А где дядя Витя? - подавленным тоном поинтересовался, прежде крайне веселый Ритм.
- В больнице. Новости услышал и инфаркт подхватил. Скорая его еле откачала. Сейчас без сознания. - сухо ответил дядя Петр.
- Как это в больнице?! Почему вы нам не сказали? Мы могли были приехать сразу туда!
- Не сказали, говоришь, сынок? А кто телефон не брал? Мы с Любой и Ильей пытались до вас дозвониться сотни раз! Так мы еще и виноваты теперь?!
- Перестаньте! Хватит! Если вы еще не поняли: Даши больше нет, а Виктор в больнице в подвешенном состоянии! Нашли время для ссор! - не выдержала тетя Люба. Она была права. Ссоры здесь были ни к чему.
Следующим утром первым делом мы отправились в больницу. Трагедия задела всех нас, но хуже всего переносил ее Шум. Потерять сначала маму, а после и сестренку - что может быть ужаснее? Разве что, непонятное состояние отца. Дядя Виктор все же очнулся, но осознавая, что произошедшее не было обычным кошмаром, он не мог прийти в себя. И если раньше у Шумаковых была надежда на возвращение Даши, то теперь она окончательно сгинула. В близком окружении отца и сына не было ни одного человека оставшегося равнодушным к такому вот исходу событий. Хотя мне было ужасно больно, но я обязан был поддерживать лучшего друга, который не мог принять ситуацию до конца.
Так как Даша, а если быть точнее то, что осталось от нее после возгорания машины, было захоронено в другом городе, и никто из нас не был достаточно окрепшим для того, чтобы отправиться на похороны, решено было устроить церемонию памяти в доме Шумаковых.
На трагичном мероприятии собрались близкие, друзья, родственники, знакомые, коллеги. Все те, кто знал девочку или, по крайней мере, немного был наслышан о несчастье.
В самый неожиданный момент заявилась та, кого уж точно не ждали. Первая женщина, разбившая мое сердце.
- Прими наши соболезнования, Витя. Сначала Саша, потом малышка. Столько несчастий! - подошла она к нам. Дядя Виктор молчал: соболезнования этой женщины не унимали его боль.
- Среди стольких несчастий твой визит не принесет радости. Зря пришла. - холодно откинул я.
- Демьян, зачем ты так? Я же твоя мама. А ты пытаешься всячески уколоть меня. Близкие люди не должны причинять друг другу боль!
- Мы с тобой не близкие люди и уж тем более ты мне не мама! Моя мама бы не ушла к какому-то сволочу, бросив семью! Ой, а где этот сволочь, кстати? Как это ты, и без своего ненаглядного? - недобро улыбнулся я в конце.
- Этот сволочь - здесь! - раздался грубый голос позади матери. Чертов разлучник собственной персоной. Деловой костюм, дорогостоящие часы, самоуверенный вид.
- Вопрос был риторическим. Заявляться для ответа совсем необязательно. Хотя твой супруг ведь из серии: «Вы нас не ждали, а мы приперлись!», правда, мать года? - что ж поделать, ухмылка снова на моем лице. Мать свела взгляд к полу. Неужто - стыдно? Так или иначе, стыдиться стоило раньше.
- Братан, здесь не место для подобных разборок! - заставил меня немного опомниться Димон.
- Им здесь быть тоже не место. После всего тебе действительно не стыдно приходить сюда, а еще и своего мужа приводить? Сегодня церемония памяти Даши. Тебе на нее всегда было плевать, не строй сейчас из себя святошу. К слову, господин Отчим, вы знаете, что ваша жена предала мужа и детей? Не боитесь повторения истории?
- «Господин Отчим» в сравнении с предыдущими обращениями звучит намного приятнее. И нет, я не боюсь, сынок. Я своей жене доверяю. - нагло заявил этот урод.
- Сынок? Ничего не попутал? Я тебе не сын! Ты всего лишь ублюдок, с которым изменила папе та, что родила меня. - злость переполняла.
- Дема, не надо! - к нам приблизилась рыдавшая Яна, глаза которой уже опухли от слез по лучшей подруге.
- Яночка, доченька! - мать полезла обниматься к сестренке, но та ее смело оттолкнула.
- Я тебе не дочь! Два года назад, может, я и была твоей дочерью, но теперь у меня нет матери. Уходите, вам здесь не рады. - довольно резко для всегда спокойной Янки, отвесила сестра.