— Пошлите Анри, пошлите Павла, да кого хотите пошлите! Ты хочешь, чтобы я провел переговоры с Оплотом?
— Нет, это и мне по силам, — Мастер был невозмутим, — мы будем искать встречи с водяными змеями. Пока есть шанс, что они обладают разумом…
— О, вы решили обзавестись новыми союзниками, — сообразил я.
— Если это возможно. Прокормить морских змеев не так уж и сложно, зато с таким сопровождением на корабли перестанут нападать. Инуар сможет спокойно отправлять одиночные бриги, при этом не опасаясь изобилующих среди островов пиратов.
— Мастер, — позвал я. — А пиратов морские змеи не трогают…
— Не знаю, — маг пожал плечами. — Все это нам предстоит выяснить. Мы снарядили Бегущую, двухпалубное боевое судно, узкое и быстрое, как хорошая лошадь. На ней сорок пушек, две из которых гарпунные.
— Порох, Мастер, на трехпалубном корабле Инуара тоже, как же так?
— Это дымарь, Демиан, его состав был привезен с южных островов, и не надо смотреть на меня косо. На юге наука действительно на высоте, говорят, медицина тоже. Нужно все выяснить наверняка, за одиннадцать лет мы не познали и половины того, чем наполнен этот мир. Без лицемерия повторюсь: маги не хотят давать толчок развития местным. Более того, чем больше вокруг магии, тем медленнее будет двигаться прогресс, и это не может не радовать!
Он внезапно задумался. Задумался и я. Когда все вокруг благополучно, наука идет семимильными шагами. Но когда везде чудятся призраки, над головой летают драконы, а приходящих с гор ледяных големов, поднятых шаманами, никак не удается убить обычным мечом, и ничего эти твари не боятся, кроме огня, о каком прогрессе вообще может идти речь? Кстати, еще надо разобраться, какими тайными умениями удается оживить неживые материи, но для этого нужно встретить хоть одно ледяное порождение магии…
Уже сгустились ночные, полные движения снега сумерки, граничащие с мглой, когда мы подъехали к деревушке, зажатой между склонами горы Черной. Пожарище — зловещее название для деревни, и в вечерней мгле она выглядела угрожающе. Против обыкновения на воротах никого не было, одна из створок была слегка приоткрыта, а над деревней стояло огненное зарево.
— На главной площади у них что-то горит, вряд ли дома, — сообщил Мастер свое умозаключение.
— Сейчас разберемся, — я слегка подался вперед, и створка отворилась сама.
— Не растрачивайся, — упрекнул меня Мастер, но я уже въехал в деревню.
Никогда не знаешь, что увидишь за этими высокими частоколами, и сейчас меня ждали неожиданности. Деревня оказалась на удивление чистой, все улицы были выложены плоскими сколами горной породы, каких при обвалах отслаивалось в изобилии. Приземистые дома здесь тоже были каменными, из плотных черной блоков, что верно: камень в горах добыть проще, чем на пожарище древесину. И без того, пока мы ехали, я насмотрелся на высоченные головни, то тут, то там проглядывающие через густой подлесок. И чего они не падают, это сгоревшие деревья, неясно…
Мастер, пригнувшись, свернул в боковой проулок, обходя центральную площадь деревеньки, я же выехал прямиком к жарко пылающим кострищам. Здесь собралась, похоже, вся деревня. Даже дети. Человек полтораста, не меньше. Они так галдели и так были заняты действием на площади, что даже не заметили моего появления. Я, не слезая с Лютика, замер на границе домов в густеющей тени у яблони и, бросив повод, встал на спине мерина во весь рост. Конь застыл, будто изваяние, и я в который уже раз подивился его незаурядному уму.
В центре, в кольце высоких костров, на том самом помосте, где в видении нам явилась корзинка с ребенком, стояла, держась за столб, брюхатая женщина. На ней было лишь тонкое исподнее платье до колен, серое, из грубой ткани, перехваченное под грудью веревкой, от чего ее живот казался еще больше.
Стоявшая рядом фигура, закрытая в плотный темный плащ с капюшоном, едва заметно шевелилась, постукивая по камню тяжелым посохом.
— Нельзя же так, — крикнул кто-то.
— Она несет в себе дьявольское порождение насилия, — крикнула фигура с посохом и сильнее ударила им по камням, выбив белые магниевые искры. Я вздрогнул, отстраняясь, чувствуя движение чужой силы. Деревенская ведьма.
— Ее осквернил чужак из Морского Бастиона! Того, который вы так благотворите. Теперь это рассадник чумы и проклятий, а не былого величия. От прикосновения этой женщины чужое чадо состарилось на глазах у меня! И такую женщину вы хотите оставить в живых? И такого ребенка вы хотите взрастить! Да у нее во чреве уродливый получеловек-полуящер! Ведь только таких детей могут породить маги!