— Любопытство, праздное любопытство, — пожал я плечами.
— А ведь ты хотел спросить, может ли ее ранить фантом, так? Магия времени, вот что тебя интересует! Да-а, — протянул он, — как-то я не подумал, к чему все это.
Он открыл дверь и вышел в сгущающиеся сумерки.
— Так что? — натянуто уточнил я, хотя Мастер ошибся. Мой вопрос был задан из чистого любопытства, никаких других мыслей на этот счет у меня не было.
— Так, ничего, — передразнил меня он. — Магия времени разотрет ее в пыль так же, как любого из нас. Как деревья, камни или… призраков.
— Вот оно как, — протянул я, следуя за магом. — Так кто же она, откуда взялась?
Но Мастер не пожелал ответить, он лишь еще больше прибавил шаг, оттолкнул на повороте с дороги какого-то пьяненького бродяжку, который, взметнув ноги выше головы, упал на грязные камни. Я равнодушно проследовал мимо, заметно хромая. Старик Демиан частенько помогал людям, да не всем.
Как и предполагалось, собрались все. И, хоть мы с Мастером пришли не последними, Недгар с Оружейником почти синхронно наградили меня недовольными взглядами.
— Нечасто ты балуешь нас своим присутствием, — скрипуче сказал Оружейник, а целитель Недгар, подойдя и взяв за локоть, отвел в сторону к большому окну оружейной.
— Что с тобой, Демиан? — спросил он настойчиво. — Никогда не могу тебя застать.
— Я не прячусь, — даже как-то смутился я. — Просто много забот, я постоянно в отъезде. Пару раз видел, что ты заходил. Обрывал Палую?
— Да, хотел пополнить запас болеутоляющих, а твой источник самый лучший, — он улыбнулся. — Я откопал небольшой отросток, теперь будет собственное растение.
— Не может не радовать, чего ты хотел все же?
— Мастер настаивает, чтобы…
— Чтобы ты в свою очередь настоял и подлечил мне ногу? — насмешливо продолжил я.
— Именно так, — не стал отпираться Недгар. — Годы уходят, и все сложнее будет что-то поправить даже с нашими умениями. Мастер рассказал, что ты сделал в Лесных Долах, думаешь, спустя годы так же просто врачевать, как по горячим следам?
— Нет, я так не думаю, — отказался я. — Это было не так уж и сложно, пока в костях осталась память.
— Но и не приуменьшай своих заслуг, — одернул меня врач.
— Ты прав, — кивнул я, — и Мастер в своем праве, но решать мне!
Я давно уже усвоил урок: гораздо проще соглашаться, чем спорить, а делать все равно по-своему.
— Ты-то нарешаешь, — проворчал Недгар, но его напор ослаб под моим видимым смирением.
— Что там с девушкой, которую мы вчера привезли? Ребенок родился?
Недгар нахмурился, сплел руки на груди, словно защищаясь, но тут вошел Рынца, и Оружейник звонко позвал нас перестать секретничать. Как мне показалось, Недгар с облегчением вздохнул и подсел к Северному за длинный стол. Частенько маги собирались для разговоров в небольшой компании, и тогда рассаживались в удобной комнатке с камином, что за тренировочным залом, но когда людей собиралась так много, как сегодня, предпочитали второй этаж. Здесь было холоднее, чем внизу, зато значительно просторнее.
Я невольно обратил внимание на стулья с высокими спинками из железного дерева. Столь утонченные и красивые предметы мебели не разочаровали бы и самого привередливого вельможу. Признаться, я не знал, кто сейчас в Форте способен наносить подобную резьбу столь умело, ведь железное дерево, добываемое из центра гор, необычайно твердое и непослушное. Зато в его внутренней структуре скрыты замысловатые узоры и, если только резчик хорош, предметы из железного дерева представляют собой настоящие произведения искусства. Сдается мне, эти четырнадцать стульев, обтянутые бардовым бархатом, стоят примерно столько же, сколько средненький торговый корабль Инуара.
Но я опять пытаюсь развлечь себя отстраненными мыслями вместо того, чтобы сосредоточиться на происходящем. Вон и Мастер смотрит на меня с укором, начав рассказывать о произошедшем. Он умолчал о бовуре, и это не может не радовать. Я не уверен, что остальные маги поймут мои… предпочтения.
— Теперь ты, — потребовал Мастер, когда закончил рассказ о наших приключениях, — что еще тебе известно?
Я послушно начал говорить, пересказывая все то, что до этого говорил Мастеру в пути, про ситуацию в целом на материке, про слухи о шаманах гор, про деревню стариков. Про то, что магия в мире разрастается, словно трофическая язва, и несет она с собой тьму и отраву.
Меня слушали, не перебивали, и, когда я закончил, все еще долго молчали.
— А что с женщиной, Недгар? — спросила Рене, откидывая белесую прядь волос. Как сейчас помню ее сидящей за книгами с чашкой остывшего чая. Она всегда так делала — откидывала волосы, которые мешали, но остричь их не бралась.