Ты слышал легенду о Имани Вэй? О женщине китобое с северных морей?
— Северные моря сами по себе легенда, — с легкой иронией заметил я. — Еще никому не удалось обойти материк целиком, самый дальний северный путь от Влав к острову Мертвый, без сомнения, очень труден, и большинство мореплавателей не отваживаются на подобное. Льдистое море там подтверждает свое название, там все больше льда, и корабль в любой момент может угодить в ловушку и быть раздавленным.
— Это не так, — возразила Марика. — Северные моря есть, земля не кончается за Мертвым островом.
— Да неужели? — я не мог сдерживать сарказма. — Детишек потчуют сладкими сказочками на ночь, а они кружат им головы.
— Все так и было! — девушка была тверда как скала в своей уверенности. — Так ты слышал историю?
— Да, краем уха, — был вынужден признать я.
— Я расскажу, — пообещала Марика, будто меня это интересовало. — Но потом. Ты сам сказал, что есть очень важные дела, и я понимаю, какие. Это будет тяжело, но давай сделаем что нужно. Только скажи, ты научишь меня?
— Если ты окажешься терпелива и достойна, — отозвался я.
— Что это значит? — она нахмурилась.
— Девочка, не в моей власти влить в тебя дар, и уж точно можешь поверить мне на слово, ты не будешь так же хороша, как маг, у которого есть дракон. Я могу учить тебя, но не знаю, сможешь ли ты научиться. И, конечно, наше обучение начнется не сейчас…
— Почему?
Я невесело усмехнулся. Меня раздражали ее наивность и ослиное упорство.
— Потому что это требует сосредоточения и сил, а они мне еще понадобятся.
— Я согласна! — выпалила она.
— О, нет, девочка, ты меня не дослушала, — я кривил рот все сильнее, не желая бороться с собой. — Ты должна понимать, что, обретая мои знания, делаешь себя уязвимой. Пока ты — простой человек, все это тебя не касается. Все, что происходит вокруг, тебе неподвластно, ты не замечаешь этого и не имеешь к этому никакого отношения. Но, сделав шаг, связавшись со мной, ты подвергаешь себя опасности, будто навешиваешь на себя мишень для лучника.
— У тебя есть недруги, как и у Баста? — спросила она тревожно.
— Без сомнения, но я говорю не об этом. Возможно, сама жизнь для тебя превратиться в череду событий, которые покажутся непреодолимыми. Магия в любом ее проявлении слишком опасна. Она дает столько же, сколько отбирает.
— Не думаешь же ты, что меня это напугает? — в голосе Марики больше не было прежней уверенности.
— Тебе решать, — я равнодушно пожал плечами. — Многое из обучения тебе не понравится, вот что я думаю. Тебе придется не по душе кое-что из того, что я буду с тобой делать, и ты скажешь «нет», но тогда наш с тобой договор будет расторгнут.
Ее щеки загорелись стыдливым румянцем, и я внезапно сообразил, о чем заставили ее думать мои неверно выбранные в контексте слова, но я не собирался ее разубеждать по одной простой причине: намерение Марики должно быть достаточно сильно, чтобы найти возможность мне доверять. Попытка раскрыть энергии тела не заключается в словах, нельзя всего лишь захотеть и стать чародеем. Многие вещи, которые потребуется сделать, могут быть пугающими или возмутительными для молодой женщины. Так, я слышал, что применялись для раскрытия разума длительные трансы с использованием трав, рождающих видения; другие пользовались чередой лишений, чтобы заставить человека сломиться и вылепить из него необходимое. Я не знал, какой выберу путь для нее, но в любом случае, наши отношения должны быть выстроены на доверии и, если я вдруг скажу, к примеру, что мы идем топить ее в озере, Марика должна понимать, что как бы ни были страшны мои намерения и что бы ни произошло дальше, я сделаю все возможное, чтобы не причинить ей вреда.
— Ты ведь специально все это придумал? Ты понял, от чего я бегу? И ты непременно попросишь того, на что намекаешь, и на что я буду вынуждена ответить «нет» сразу же, как только дойдет до обучения? Просто чтобы обмануть меня?
Она была полна смятения, не готовая отдать все за право обучаться у меня.