йга на своей пояснице и его глупую дурацкую улыбку на своем лице. Ещё немало хлопот доставляло то, что парень был без обуви, в одних лишь шерстяных носках, и я постоянно наступала ему на ноги. Было странно, что он не возражал, а только повторял «сейчас у тебя точно получится». Но раз за разом у меня не получалось. Мы решили начать с классического вальса, который, я должна признать, мне не доводилось танцевать ранее. Вообще кроме как на школьных танцах и на различных свадьбах друзей моих родителей, мне нигде не приходилось танцевать. К тому же те танцы и язык не поворачивался назвать танцами. Подпрыгивание, разминание конечностей, в конце концов, предсмертные конвульсии, но точно не танцы. У Крэйга получалось гораздо лучше. Он, словно знал этот секрет и вроде как хотел поделиться им со мной, но у меня не хватало смекалки, чтобы понять, что да к чему. Мигель то и дело, что злился и кричал на меня, срывая голос. Крэйга это смешило, а меня всё больше напрягало. Вместо того, чтобы расслабится, я наоборот чувствовала себя напряженно, скованная страхом перед очередным сорванным ругательством в мою сторону. - Можно нам несколько минут для передышки? - спросил Крэйг прежде чем Мигель успел открыть свой рот в очередной раз и вылить на меня весь поток негатива. Ему, как творческому человеку, резало глаз моё неумение подчинить своё тело ритму, но и мне, как человеку, прежде не бывавшему в танцевальном зале, было сложно выслушивать всю ту негативную критику раз за разом. Дарси говорила, будто у Мигеля была особая методика преподавания. Если под этим она подразумевала неконтролируемую ярость, то было самое время спросить у подруги всё ли в порядке с её головой, если она продолжала посещать занятия вот уже несколько месяцев подряд. - Мне и самому она не помешает. Выйду на улицу подышать свежим воздухом, - мужчина, потирая свои виски круговыми движениями пальцев и виляя бедрами, вышел из зала. - Похоже, я ему нравлюсь, - в своей старой хорошей манере язвить произнес парень. Я отошла на него на шаг, чтобы прямо-таки на месте упасть вниз и ощутить желанное наслаждение от того, как мои мышцы наконец-то расслабились. Пол под спиной был с подогревом, и мне стало жутко жарко, но мне не хотелось подниматься. У меня на это не было сил. - Ты ведь видела, как он на меня смотрел? - обеспокоенно спросил Крэйг. Похоже, прежде он не шутил. - Нет, я только слышала, как он на меня орал, - я закрыла глаза, повернув голову набок. Желание свернуться в клубочек и вздремнуть, казалось, таким близким к осуществлению. Я была так близка к этому. - Давай лучше попробуем снова. Поднимайся, - он подошел ко мне сзади, обхватил крепко руками и в два счета поднял обратно. Если бы только мои ноги меня слушались, а не спотыкались друг о друга, соревнуясь между собой в неустойчивости. - Давай же, соберись, - подначивал меня голос сзади, заставляя собрать все свои силы воедино и крепко встать на свои две. Когда Крэйг снова положил одну свою руку на мою талия, а второй сжал легонько мою ладонь, я начала выворачиваться из его рук, умоляя отдохнуть хотя бы на минуту. У меня не было ни сил, ни желания продолжать задуманное. Я то и вовсе должна была лишь стать в руках парня воображаемой Эйвери, у которой с координацией наверняка получше будет. Мне ведь и учиться всему этому не обязательно было, хотя Крэйг уже сам загорелся идеей и ни в коем случае не был намерен сдаваться. - Не упрямься. Поверь мне, будет хуже, когда он вернется, - он протянул ко мне свои руки, и всё же я поддалась не долгим уговорам. В абсолютной тишине, что теперь нас окружила, я попыталась сосредоточиться. Опустив голову вниз, я внимательно следила за медленными движениями парня и делала всё зеркально ему. В таком замедленном темпе, что был близок к черепашьему, у меня получилось гораздо лучше, хоть и по-прежнему немного неуклюже. Мы повторили то же ещё дважды, и я таки запомнила последовательность всех шагов. - Замечательно. Теперь давайте в немного ускоренном темпе, - хлопая в ладоши, живо произнес Мигель. Глядя на его яркую улыбку, можно было понять, что свежий воздух явно пошел ему на пользу. Когда я благодарно улыбнулась Крэйгу, он поцеловал меня в лоб, на секунды сняв усталость. Дело пошло быстрее. Ещё час, и я выглядела так, будто танцевала вальс всю свою жизнь. Ладно, полжизни. Мне даже нравилась эта усталость в теле и боль в мышцах. Результат явно того стоил. Мне хотелось всё больше кружить и кружить в танце, представляя саму себя на своем месте, а не на чужом. Когда музыка включилась в последний раз, я почувствовала себя настоящей Золушкой в руках Принца. Мечта стала реальностью. Я чувствовала себя легкой и воздушной, приятный теплый ветер уносил меня за собой. Уносил в страну Оз, где волшебник, в руках которого я была, исполнял моё единственное желание - быть счастливой. - Где ты научился так танцевать? - спросила я, когда мы сидели на лавке, уставшие, потные и радостные. Я откинула голову на танцевальный станок, прикрыв ненадолго глаза. Я разминала руками ноги, освободившееся от туфлей. Открыв глаза, я заметила, как парень рядом снял футболку, а затем откинулся точно так же. - Если помнишь, я был женат. Эйвери была помешана на том, чтобы на свадьбе всё прошло идеально, - он смотрел на меня и по-глупому улыбался. Не сразу я раскусила слово «был» в его предложении, отчего нахмурила брови. Но Крэйг, кажется, не обратил на это даже внимания. - Помимо того моя мама была хореографом. У неё была своя школа танцев. - Ты никогда о ней не рассказывал, - я подняла голову, сложила руки на коленях и сверлила парня взглядом, явно ожидающим продолжения. Деликатности во мне всегда не хватало, я не умела быть аккуратной в словах, хоть и всегда пыталась. Это было во мне больше от отца, нежели от матери. Та всегда умела сглаживать углы, особенно часто между Адамом и папой. - Что ж с ней у меня отношения были лучше, нежели с отцом, хоть и с ней я ссорился время от времени. В любом споре она становилась на его сторону, так что... Поэтому мы с ней и ругались, - он сжал губы в тонкую линию, опустив глаза вниз. Эта женщина значила для него гораздо больше, нежели он хотел показать. Детские обиды разбередили старую рану, оставив на языке вкус горечи. Наверное, он привык быть одиночкой. Я никогда не слышала ничего о друзьях парня. За его остроумием пряталось одиночество, которое некогда скрашивала Эйвери, но у неё была своя стена. Крэйг мог сотни раз отрицать свою отчужденность от сего мира, но я была достаточно близко, чтобы понять, что он отчаянно хотел стать его частью. Людям нужны люди. Моей глупостью было отталкивать самых близких в моменты отчаянья, когда те спешили мне на помощь. - Она умерла, когда мне было пятнадцать. Это была годовщина свадьбы моих родителей, и мама прождала весь вечер дома, дожидаясь отца. Надела новое платье, сделала красивую прическу, приготовила ужин и ждала его. Уже было за десять, его всё не было, на звонки не отвечал. Она взяла с собой его любимый пирог и поехала в офис. Застала его за изменой, бросила ему пирог в лицо, выдрала клочья волос у той девушки, - он улыбнулся воспоминаниям, хотя моё лицо оставалось непроницаемым. Я слушала, затаив дыхание. Только мужчина может с такой иронией относиться к женской любви. - Поехала на ночь глядя в бар, чёрт знает, в какой глуши. Напилась до чёртиков, села за руль и... - Крэйг набрал побольше воздуха в легкие. - И разбилась насмерть, - на выдохе произнес он. - Мне так жаль, - моя ладонь непроизвольно сжала ладонь парня. Я вспомнила и о своей матери, от чего мне стало вдвойне тоскливее. - Всё в порядке. Я пережил это. Вообще-то она даже умудрилась убить двух молодых людей, у которых, скорее всего, свидание какое-то было или что-то типа того. Отец некоторое время судился с их семьями, и даже одержал победу. Хотя, скорее это его деньги и связи одержали победу, а не он. Но что меня всегда поражало в нем так это то, что его больше беспокоили убытки, последовавшие за смертью жены, нежели сама её гибель. Я сжала его ладонь сильнее. Хоть Крэйг и говорил полушепотом, но мне казалось, будто сами стены могли нас слушать, радуясь тем горестям, о которых был разговор. Душа парня была передо мной нараспашку, и я неволей увидела его ещё яснее. За каждой новой историей я смотрела на него по-другому. Каждое слово подобно ещё одному рывку притягивало нас друг к другу. Мы сидели молча. Мой взгляд застыл на руках, обхвативших одну большую ладонь. Крэйг смотрел на меня. В тишине мне казалось, что я чувствовала его. Какая благодать, что Мигель нуждался в свежем воздухе время от времени, потому что я нуждалась в этих секундах немого понимания. Держась за руки, мы были как двое потерянных на безлюдном острове, цель которых спастись вместе. - Может, расскажешь мне о своей матери хоть немного, - его тихий голос разрушает шелковую ленту, которым мне были застланы глаза. Тишина всё ещё казалась мне самым главным, но его желание узнать и меня, была важной. Меня не смущало его желание проникнуть внутрь, под самую кожу, а наоборот грело теплотой близости, в которой я нуждалась. Не успела я даже открыть рот, чтобы вымолвить и слово, как двери открылись, и ворвавшийся человек напомнил нам о том, где мы были и при каких обстоятельствах. Это был Мигель, который так и расплылся в улыбке, глядя на оголенное тело Крэйга. Я словно и сама только сейчас это заметила. В тот же час смутившись, я освободи