ера. Хорошее наблюдение. Я оставила это без ответа. - Крэйг всегда больше нравился девушкам больше меня, - ироничная ухмылка выросла на его губах, заставив меня поморщиться. - В школе он встречался с самой популярной девушкой, к тому же черлидершой. Прямо-таки классика жанра. А на первом курсе университета его новая девушка от него забеременела, ему повезло от неё откупиться. Бедняжка сделала аборт... - Зачем ты всё это мне рассказываешь? - я всё же не выдержала, потому что каждое слово словно иголкой выцарапывало мне под кожей уродливые узоры, нарушая не зажившую рану вчерашнего поражения. Он словно точно знал, на что нужно давить, задевая меня побольнее. Сегодня у него это получалось лучше, нежели вчера. - Чтобы ты поняла, что Крэйг не тот, в кого стоит влюбляться. К тому же, похоже, ты этого не знала, поэтому... - Похоже, моя остановка, - я спохватилась с места. И не успел Грегори что-либо сообразить, как я выпрыгнула из автобуса, и двери за моей спиной закрылись. Увидев парня в окне, я показала ему средний палец. Недоумение в выражении лица сделало его похожим на осла, что лишний раз потешило меня, хоть и горечь от его слов осталась. Я вышла за две остановки, поэтому мне снова пришлось немного ускориться (насколько это было возможно), чтобы поспешить к студии, где работала Эйвери. Все мои мысли были лишь о той девушке, о которой рассказал Грегори. Можно ли было этому верить было спорным вопросом, но все мои мысли теперь крутились только вокруг неё. Крэйг рассказывал о том, как мечтал о семейном уюте и тепле, несколько раз акцентировал внимание на том, что Эйвери не была готова к детям. Рассказывая об этом, вспоминал ли он о той девушке, которая сделала аборт? Чувствовал ли он сожаление или раскаяние? Связывался ли он с ней после случившегося? Имело ли это вообще для него значение? Грегори оказался именно тем, кем его считал Крэйг. Но, невзирая на подлость парня, он ведь всего лишь говорил мне правду, хоть и не из лучших побуждений. Я знала это наверняка, потому что ничто не ранит сильнее правды. Я совершенно не знала Крэйга, хоть и напрасно считала, будто видела его насквозь. Его репутация не могла быть идеальной, но это казалось жестоким даже для него. Его испорченность была на лицо. Эта глупая ухмылка и высокомерный взгляд, что заставляли чувствовать себя ничтожно. Каждое слово было словно жало, которым он пытался задеть и побольнее. Мне казалось, что это всего лишь то, каким Крэйг был и что ему было не под силу изменить, как я не могла изменить внутри себя наивности и жалости к себе. Человека определяют поступки, а не поведение или слова, что обозначают лишь то, какой могла быть определенная личность. В себе я могла различить мягкость, в Дарси - живость, в Лавине - рассудительность, а в Крэйге - отчужденность. Я пыталась построить в своей голове образ Крэйга, который вот так вот небрежно бросал девушке деньги, вместо того, чтобы поддержать её в трудную минуту и хотя бы быть с ней рядом. И я злилась на саму себя за то, что у меня это слабо получалось. Я только то и делала, что оправдывала его. Ему было страшно. Он был слишком молод. Не готов к отцовству. Всё, что угодно, только чтобы не думать о том, что Крэйг действительно сделал это. Я остановилась напротив телевизионной студии, которых в Бристоле было не так уж и много. Эйвери посчастливилось работать на центральном телеканале. Хоть и это была вовсе не та сфера, в которой я могла бы себя реализовать, но я ей даже отчасти завидовала. Может, именно работа здесь воспитала в ней чувство собственного достоинства и самоуважения. Во мне этих качеств были лишь незначительные капли, что терялись на фоне нерешительности, которая была мне более присуща. Оперевшись о столб, что так удачно был расположен рядом, я достала телефон, чтобы посмотреть на время. Эйвери уже должна была выйти и идти в сторону набережной, согласно указаниям. Я подняла голову, двери открывались и закрывались, но ни одно из мигающих лиц не принадлежало девушке. Похоже, она ушла. Операция началась без меня. Я быстрым шагом перешла улицу, и, приблизившись ко входу телевизионной студии, смотрела вперед, но всё равно не замечала даже удаляющейся фигуры Эйвери. Я поняла, что опоздала, но, тем не менее, питала надежду увидеть девушку здесь. Я решила спросить у вышедшего из дверей мужчины, не видал ли он Эйвери Лэнгфилд, как он просто оставил в моих руках розу, не сказав и слова. - Это не мне! Вы должны были дать её другой девушке, - я рванула за мужчиной, который шел довольно-таки широким и быстрым шагом. Я едва поспевала за ним. Мои ноги застревали в снеге, и я всё время поскальзывалась и лишь чудом могла устоять на ногах. - Остановитесь же! - я дернула мужчину за рукав куртки, но он продолжал игнорировать меня, продолжая идти, не обращая на меня внимания, будто я была всего лишь какой-то назойливой мухой, которая, как он ожидал, сама от него отстанет. Это мне и пришлось сделать, в конце концов. Растерянная, я вернулась обратно к дверям студии. К розе была приклеена записка. Всё, как и должно быть. «Иди к причалу» - было написано на ней. И мне хотелось порвать её, выбросить к чертям розу, потому что с самого начала всё шло совсем не так. Я стояла на месте около пятнадцати минут, пока ещё один человек (в этот раз более дружелюбный) не сообщил мне о том, что Эйвери ушла с работы ещё часа два назад. Мне не оставалось ничего другого, как нестись к чёртову причалу, который точно замело снегом в эти дни. Я стала думать о том, что наверняка уже не обнаружу там ни Крэйга, ни Эйвери, потому что вариантов развития событий у меня было несколько. Первый из них: Крэйг забыл о нашей гениальной идее (или, если быть точнее, моей) и совсем упустил из внимания Эйвери, которая просто вернулась домой. Второй вариант заключался в том, что Крэйг взял волю в кулак и вернул жену к себе, не прибегая к моему замысловатому плану. Третий казался мне самым правдоподобным, хоть и всё же вызывал сомнения. Крэйг на пару с Эйвери решили провести меня, устроив акцию с розами для меня, чтобы лишний раз унизить меня или вроде того. Уверенность в правдивости последнего варианта становилась всё более вероятной с каждой последующей розой, которые я получала дорогой к тому самому пирсу. Я чувствовала усталость, когда наконец-то добралась до пляжа. В руках я держала охапку роз, которыми меня одарили незнакомцами дорогой к пирсу. Моему удивлению не было предела, когда я отметила, что пляж был очищен от снега, лишь тонкая корочка льда покрывала песок, который превратился в маленькие гранулы. На пирсе никого не было, вопреки моим ожиданиям. Но издали я заметила красные пятна, что служили контрастом белому цвету, которого было излишне много в последнее время. Словно завороженная, я пошла вперед, замедлив свой шаг, а заодно переводя дыхание. Сначала это напомнило мне капли крови, прямо как в сказке о Белоснежке. Таинство этого странного явления влекло меня к себе. Подойдя ближе, я обнаружила, что это были лепестки тех же роз, которые я держала охапкой в руках. Я остановилась у пирса, не желая идти по нему. Казалось, будто эта дорога была устелена цветами явно не для меня. Я чувствовала себя крайне неловко, и хоть не могла сдвинуться с места, так это было прекрасно, но понимала, что Крэйг не забыл о нашем плане, а справился с ним и без меня. Только я была там действительно лишней. - Думаю, если ты пройдешь немного вперед, то точно не утонешь, - знакомый голос сзади нарушил тишину, прерываемую лишь отчаянным криком чаек. Розы выпали из моих рук, когда я медленно развернулась. - Крэйг, мне так жаль, - я хотела броситься к нему и обнять, но вместо этого лишь обняла себя обеими руками, не позволяя сделать ни одного лишнего шага. Мой голос звучал слишком жалостливо, словно я умоляла его о чем-то, когда после всего остального, что между нами было, мне не помешало бы придать своему голосу хотя бы капельку злости. - Почему? - он сделал шаг вперед, когда я попятилась назад, словно напуганное животное. Он наклонил голову, рассматривая меня, на пухлых губах играла улыбка, которой я не видела прежде. Она была игривой с примесью довольствования каждой последующей секундой. - Эйвери... - Я с ней виделся утром. Мы обсудили условия нашего развода, - парень пожал плечами, медленно приближаясь ко мне. Я застыла на месте, открыв от изумления рот. Это всё напоминало какой-то жутко непонятный сон. Я совершенно ничего не понимала, а от того чувствовала себя не совсем хорошо. На меня будто вылили ведро ледяной воды. Сперва я помогала Крэйгу решить проблему с его отцом, а затем он, казалось, запросто перенял управление компанией в свои руки. Я хотела, чтобы он избавился от одиночества и наладил связь с родными, а он сказал, что ненавидит своего брата. Я пыталась помочь ему вернуть жену, а он договорился с ней о разводе. - Ты издеваешься надо мной? Это какая-то чёртова игра? - от его слов у меня всё внутри переменилось. Мне хотелось наброситься на Крэйга, но не для того, чтобы крепко обнять, а чтобы убить. Но в тот же час у меня подкосились ноги, и я едва могла удержаться на ногах. На убийство у меня навряд ли бы хватило сил. - Я много думал прошлой ночью... - Не похоже на то! - пришла моя очередь перебивать Крэйга. Улыбка сползла с его лица и оно стало таким напряженным. Он пытался быть осторожным, но теперь это было лишним. Я заметила, как он проглотил язвительный комментарий мне в ответ