обойти её казалось не так уж и легко. Она смотрела на Крэйга, не обращая на меня внимания, будто меня здесь и не было. - Он сейчас в палате? - спросил парень. Я замялась на месте, сделав неуклюжий шаг назад. Крэйг перехватил мою ладонь, сжав сильнее в своей, хоть я и не намеревалась убегать. Лишь тогда женщина посмотрела на меня. Глаза её были теплого карамельного оттенка, что была контрастом к шоколадной коже. Она совсем не выглядела злой с этим добрым взглядом, на меня она смотрела с теплотой. - Да, Майерс как раз зашла к нему, чтобы покормить, - женщина снова перевела взгляд на Крэйга. На него она уже смотрела с сожалением. - Сочувствую ей, - парень усмехнулся. - Мы же можем пройти сейчас к нему? - от этого вопроса мне снова стало дурно. Женщина качнула утвердительно головой, окинув меня напоследок заботливым взглядом. - Почему ты не рассказывал мне, кто твой отец? - спросила я, когда двери лифта захлопнулись за нами. Мы были одни, и я могла вслух задавать подобные вопросы, ничем не рискуя. - Я даже не осознавала того, что ты так ни разу и фамилии своей не назвал. - Я боялся, что ты будешь иначе ко мне относиться. И к тому же мой отец не из приятных людей. Я не стремлюсь быть похожим на него, - хмыкнул парень. Вот и начала вылезать наружу его надменность. Его ладонь выпустила мою, он спрятал руки в карманы. - В конце концов, ты не спрашивала, вот я и не говорил. Стоило ему закончить предложение, как двери перед нами открылись. Мы оказались в отделении сердечников. Мистеру Лэнгфилду была отведена отдельная палата. Наверное, для этого люди и копят деньги до самой старости. Ему же повезло стать богатым. Крейгу повезло не меньше. Это объясняет его длительное пребывание в гостинице. Мы остановились у окна, что открывало вид на палату. Жалюзи были открыты, что позволило нам застыть при виде не самой милой картины того, как вредный старик швырнул тарелку с картофельным пюре прямо на медсестру, в руке которой застыла ложка. Он что-то кричал, как обычно. Есть же люди, что даже на смертном одре будут продолжать грешить, когда время подгоняет их помолиться. Палата у него была обустроена как для человека, который всю свою жизнь именно на это и работал. На стене висел огромный плазменный телевизор, а в углу стояло большое кресло, оббитое зеленой материей, что отлично контрастировала со стенами, окрашенными в синий цвет. Даже постельное белье было темно-синим. И на трех подушках возвышалась фигура человека, что не выглядела столь грозно, каковой я привыкла видеть её в офисе, когда мистер Лэнгфилд быстро проходил мимо, даже не замечая меня. Одетый в больничную пижаму, а не в строгий костюм, мужчина совсем не был похож на самого себя. Если бы я наверняка не знала, что это он, то и не поверила бы. - Вот таким я и запомнил этого человека с детства, - грустно произнес Крэйг. В нем будто открылась старая рана, которую он заклеил пластырем, загипсовал, но которая продолжала болеть. Посмотрев на него, я поняла, что всё это время дело было не в Эйвери. Медсестра Майерс молнией выскочила из палаты, миновав нас. Старик отвернул свое нахмуренное лицо к окну, даже не заметив своего сына. Мы же продолжали стоять на месте. Втайне я надеялась на то, что нам и не придется входить. Крэйгу нужно было лишь несколько секунд, чтобы собраться. Набрав в легкие побольше воздуха, он поспешил вперед, а я ступила следом за ним, даже не думая о том, что, теперь не будучи привязанной к парню, могла бы остаться на месте. - Привет, пап! Как делишки? Вижу, ты всё ещё жив, - Крэйга будто кто-то переменил. В его словах заиграли нотки фальши, которые можно было очень легко заметить. Я никогда не говорила так со своим отцом, поэтому, замерев на месте, ожидала ответа мистера Лэнгфилда. - Ты только того и ждешь, мелкий гаденыш, - прохрипел он в ответ, от чего Крэйг скривился. - Что-то случилось в офисе? - с легким испугом спросил он. - Врач запретил тебе даже говорить о работе, - хмыкнул Крэйг. - Если бы я не оставил труд всей своей жизни на тупиц, то, может быть, и смог бы этого совета придерживаться, - ещё грубее в нетерпении рявкнул мистер Лэнгфилд. Я же смотрела неотрывно на его лицо и пыталась вспомнить день, когда впервые увидела его. Мое собеседование длилось не дольше двух минут. Он даже не взглянул на моё резюме. Только и спросил, где я училась и кем хочу работать, не отрывая глаз от своего компьютера. Глядя на него, я и подумать не могла, что у такого человека могла быть семья. Успешен в бизнесе - несчастен в личной жизни. Больше я его и не видела. - А это ещё кто такая? - он кивнул в мою сторону. - Это Айви, - спокойно ответил Крэйг, не двигаясь с места. - Просто Айви, от которой я ничего не скрываю. Так о чем ты ещё хотел поговорить? - Я не скажу и слова больше в её присутствии, - старик сложил руки на груди и отвернул голову от меня, словно маленький ребенок. - Тогда мы пошли, - парень спохватился с места. Его рука потянулась за моей, но это была всего лишь манипуляция, и мы оба это понимали. - Я всего лишь хочу, чтобы ты взялся за голову, сукин ты сын! - вскрикнул мужчина, и я оторопела. Мне будто на голову кто-то ведро холодной воды вылил. - Ты же знаешь, Крэйг, что тебя это не обойдет стороной. Крэйг молчал, опустив голову угрюмо вниз. Он это знал. Теперь и я это знала. Груз его забот повис над моими плечами. Я заметила, что Крэйг был не в восторге от переданного отцом дела. У него была своя жизнь, которую он строил сам. Он не был «золотым» мальчиком, ему нравилось то, что он делал. А теперь его принудительно заставляли бросить всё это. - А что, если ему не нужно того, что Вы предлагаете? - наконец-то я осмелилась подать свой голос, которым разрезала гнетущую тишину. - Да кто она, чёрт побери, такая? - старик начал прыскать слюной от недовольства. Он едва ли не подскочил на месте, но сил у него было не так уж и много, поэтому он всего лишь немного приподнялся на подушке вверх. Крэйг даже не шелохнулся, чтобы помочь отцу. - Милая, если мой сын и развелся, это не значит, что он возьмет тебя в жены, - глядя мне прямо в глаза, прорычал мистер Лэнгфилд. Всё же мне повезло не быть замеченной им раньше. - Вам стоило бы поискать себе замену среди заинтересованных в этом личностей. Крэйг мог бы оставаться владельцем фирмы, а управлять ею мог бы кто-то... Кто-то вроде Дарси. Она неплохо с этим справляется, - я посмотрела на парня, который прямо-таки просветлел на лице, будто я нашла для него лекарство от неизлечимой болезни. Похоже, такая мысль ему и в голову не приходила ранее. - Это полнейшая чушь. Я даже слышать об этом не хочу, - мужчина сложил руки на груди и отвернул голову, точно как вредный заносчивый ребенок. - Крэйг, ты приволок её сюда специально, чтобы меня позлить? Тебе это удалось, - мистер Лэнгфилд снова срывал свой голос в крике. - Я прокляну тебя, если ты пойдешь на поводу у этой шлюхи, - здесь наступил предел моей терпимости. Мой страх перед этим человеком, что мог показаться беспомощным в сложившихся обстоятельствах, растворился, едва ли он открыл свой рот. Но в моей крови вскипело нетерпение говорить, когда меня обозвали «шлюхой». - Да какое Вы имеете право... Вряд ли Вы бы приняли на работу шлюху! - Уволена! - только и успел крикнуть мистер Лэнгфилд, как его голос сорвался, а сам он схватился за сердце. В палату в ту же минуту вбежала медсестра, которая будто только и ждала, когда старика схватит приступ. - Вам лучше уйти, - сказала девушка настолько мягко, насколько ей позволяла собственная гордость, которую этот безнравственный человек стаптывал своими грязными подошвами дорогих ботинок. Крэйг аккуратно подталкивал меня к двери. Моё сердце упало в пятки, и мне стало не по себе. - Надеюсь, с ним всё будет в порядке, - прошептала я, едва ли мы снова оказались в коридоре, где обстановка была не столь наколенной. - Мне так жаль, - я отвернулась от окошка, где медсестра приводила в чувство мужчину. А когда в палату ворвался лечащий врач, я вовсе не могла на это смотреть. - Он этого заслужил, - только и ответил Крэйг. - Каждый будет расплачиваться за что-то, сейчас его время. Парень был абсолютно спокоен. Он даже не дождался врача, чтобы спросить у него о самочувствии отца. И возвращаясь обратно, он лишь попрощался с леди Карсон, которую мы встретили несколько минут назад. Она смотрела на Крэйга с сочувствием, а ему, кажется, было всё равно. Я же смотрела на всё под другим углом. Наглая ухмылка, грубые прямолинейные высказывания были ничем иным, как отражением мистера Лэнгфилда. У Крэйга не задались отношения с отцом, но давление было заметно невооруженным глазом. Безусловно, Крэйг был отдельной личностью с собственными мыслями, принципами и моральными устоями, которые он, может, и показывал своему отцу в противовес, но всё же поддался обстоятельствам и сдался. Просто взял и перестал бороться. Уход жены, потеря работы и давление прикованного к койке отца. Сколько бы я не искала оправданий Крэйгу раньше, реальность оказалась жестче. Всё могло бы быть гораздо хуже, но и этого было достаточно для того, чтобы стать таким, каким я встретила парня впервые. Было ясно, что уход Эйвери был лишь нажатием на курок того оружия, в которое уже были вставлены патроны. Меня обдало холодом, когда мы оказались на улице. Мы медленно шли вниз по улице, и я даже не знала, были ли уместны любые слова. Навряд ли Крэйг нуждался в утешениях или же в громких соболезнованиях, как и я не нуждалась в них после