Он смотрит на неё неотрывно и без стеснения. Думает, что она должна любить очень сладкий кофе, песочное печенье и молочный шоколад. Из его предположений правдивым оказывается только последнее. На искусанных губах горечь без сахара, но она даже не морщится. Он ловит себя на мысли, что ему тоже хочется её попробовать. Горечь кофе.
Табачный дым должен стать хорошей заменой. Станция. Он выходит на перрон, сжимая в руке пачку сигарет. Она улыбается, провожая его взглядом. Папа с мамой были ярыми противниками курения. Поэтому ей всегда хотелось попробовать.
Ленивые разговоры приближают вечер. Алый закат предсказывает завтрашний дождь. Кровавые отблески танцуют на черных, почти распустившихся волнах её волос. Она чувствует его взгляд и пытается сконцентрироваться на тексте.
– Что читаешь?
– «Солнечный удар».
– Ты читала его полчаса назад. Там страниц-то…
– От меня постоянно ускользает смысл. Я как будто вот-вот его поймаю, но мне всё время чего-то не хватает. Сложно объяснить… Но ты понял, наверное?
– В нём чувства на грани. Чувства из серии «только бы не сорваться».
– Только бы не сорваться?..
Она не понимает этого. Она такое не чувствует. Не чувствовала раньше.
Он молча задаёт вопрос. Вопрос о любви, который не решается задать вслух. Иначе она расстроится.
Закат гаснет, тускнеет. По небу разливается лавандовый с синим подтоном. Она в последний раз отрывается от книги, быстро смотрит в окно. Ей вдруг становится страшно. Скоро ночь, а после её выбросят из заботливых объятий старого вагона. В мир, где её настигнет прошлое и где его рядом не будет.
– Какой твой любимый рассказ? – спрашивает она, заранее зная ответ. Ей просто нужно услышать голос.
– «Солнечный удар».
В её глазах – попытка найти фразу для продолжения разговора. Он избавляет её от необходимости что-то искать.
Нагнувшись к ней через стол, он вдыхает запах подушки и далекий, выветрившийся цветочный аромат. Она настолько близко, что он кожей ощущает её живое тепло и ставшее вдруг неровным дыхание. Секунда, две, три…
Едва он касается её губ, она сама подаётся вперёд. Со всей таившейся в ней страстью и злостью, со всей внезапно вспыхнувшей любовью она отвечает. Этот поцелуй такой внезапный, неправильный и необходимый обоим.
Пока она перебирается на его полку, он замечает в изумрудных глазах отчаяние. Она не позволяет ему осознать, утягивает в новый поцелуй, обвив холодными руками шею. Она забирает память, его и свою. Он, забываясь, прижимает её к себе, вздрагивает под ледяными прикосновениями. Пытается согреть легкими тёплыми поцелуями по шее, плечам, ключицам.
Дрожащими пальцами она начинает расстегивать пуговицы на рубашке. Не поддаются.
Он стягивает с неё чёрным свитер.
По бледной коже проходится шёлком холод. Она ещё острее, ещё яснее чувствует чужие прикосновения, отпечатки на своём теле. Она закрывает глаза, зарывается пальцами в жёсткие волосы.
Он сам снимает рубашку.
С её плеча сползает чёрная бретелька.
Он утягивает её в новый поцелуй. Проводит, едва касаясь кожи, но до мурашек вдоль лопаток.
Она никому не позволяла делать этого раньше.
В окно вновь барабанит ливень. В шуме плачущей природы скрываются все посторонние звуки.
Последнюю ночь они встречают шепотом признаний.
Она, смущаясь, проводит по шее ладонью. Ей кажется, что пальцы чувствуют оставшиеся алыми пятнами засосы. Улыбкой на губах появляются воспоминания о минувшей ночи и случайном попутчике. «Солнечный удар», значит…
Он сразу понимает, что что-то не так, когда просыпается. Впервые за эти три дня он чувствует холод купе. Проводница говорит, что она вышла на несколько станций раньше и не просила ничего ему передать. Он возвращается и несколько минут сидит, глядя в пол. Бросает взгляд на окно. Вот-вот разольется над горизонтом алая краска рассвета. Пора собираться.
На столе лежит сборник Бунина. Кто знал, что так выйдет?.. До станции пятнадцать минут, он открывает наугад страницу… Из-за маленького листочка, вложенного не им, открывается его любимый рассказ. Она оставила записку, которую он будет хранить до конца своей жизни.
А ведь она говорила, что смелости идти до конца ей не хватит.
Невинность
9 апреля 2020
Ася позировала в объективе и случайно встретилась с ним взглядом, когда он зашёл в студию за фотографиями. Он тепло улыбался. Она украдкой рассматривала его через зеркальную стену и думала, что щетина ему идёт.
А сейчас Ася в его машине, прижимает к груди рюкзак. Едет к нему и думает, что в восемнадцать лет уже можно так делать.