Любашу девушка отыскала быстро и молча подала соломенную вязку. Девушка испуганно взглянула на княженку и быстро спрятала куклу запазуху.
Знала бы Светозара, чем это обернется, никогда бы не согласилась.
День пролетел незаметно, Светозара с Еленкой воротились , как только солнце стало клониться к западу.
В такой праздник, оставаться в лесу было опасно и боязно, ведь лесная нечисть тоже выйдет чествовать Купало. Разгуляются мавки с лешим, выплывут русалки поболтать с берегинями под присмотром водяного, шишиги заиграются с игишами, а может и лихо с вием появятся.
Так что вернулись девушки засветло, груженные огромными корзинами трав. Сегодня Светозара оставит их в бабкиной избе, а завтра разложит травинку к травинке и развесит сушится.
Впервые с приезда туровских гостей на душе княженки было легко и спокойно. А сердце сладко ныло, ведь вечером она увидит любимого своего. На одном подворье жили, а уже две седьмицы не видались с Ивнем. Душа истосковалось по милому.
Искупавшись в бане Светозара натянула на себя простую беленую рубаху до пят и распустила косы.
Ей как незамужней девушке предстояло находится на другом берегу реки с остальными русалками.
Ни вышитых защитных рун по подолу и вороту , ни оберегов, сегодня ни на ком не будет. Ведь сегодня любая может стать русалкой.
Единственная ночь в году, когда разрешено им выходить и вселятся в тело людское, один раз в год погулять да поплясать на земле дозволено.
Когда пляски идут на лица других лучше не глядеть, авось не узнаешь, разозлится русалка и утянет за собою в реку.
Но слава богам, Светозаре везло, русалкой она не становилась, ни разу.
А еще бывает вселится речная дева в девушку земную, да соблазнит молодца, ночь то пройдет , русалка в воды воротится. А девушке приплод оставит, так таких не осуждали и не порицали, кто ж виноват, на то воля Купало была.
Сам Даждьбог сегодня взял в жены богиню Макош, сегодня любить не зазорно. Земля и небо соединились, вода и огонь сошлись.
Княженка уже присоединилась к толпе одинаково, так же как она одетых девушек и шла с ними на пологий берег , складывать и разжигать костры. Девушки смеялись в предвкушении и самые голосистые затянули песню:
-Купаленка, Купаленка, тёмная ночка, купаленка! Тёмная ночка, тёмная ночка, где твоя дочка, тёмная ночка? Моя дочка, моя дочка – во садочке, моя дочка Во садочке, во садочке – рвёт цветочки, рвёт цветочки; Рвёт цветочки, рвёт цветочки – вьёт веночки, вьёт веночки: Первый венок, первый венок – матке с батькой первый венок; Другой венок, другой венок – брату с сестрой другой венок; Третий венок, третий венок – другу на головку третий венок! Носи, мой друг, носи, мой друг – не сбрасывай, носи, мой друг; Люби меня, люби меня – не сказывай, люби меня! Сами люди, сами люди – догадаются сами люди Про нас с тобой, про нас с тобой – наговорятся про нас с тобой! Тебя любил, тебя любил – счастливым был, тебя любил; От тебя отстал, от тебя отстал – несчастным стал, несчастным стал!.
Светозара подпевала, голос у нее был нежный, батенька часто хвалил ее и просил спеть ему.
Она и пела, перебирая струны гуслей. Про поля, да леса, про богов и людей, о любви и войне.
Пока шли до берега княженка успела сплести богатый венок с голубыми , яркими васильками, который подарит Ивню. Что ей гадать на суженого, если он у нее давно есть?
Девушки разбрелись по лесу и довольно споро натаскали на берег кучи хвороста, он был нужен для разжигания крады. И для костров любви, через которые будут прыгать парами и поодиночке, очищаясь от грехов за целый год.
Крад было семь. Столбы метров по пять высотою , верхушка каждой увенчана лошадиным или коровьем черепом, белеющим в темноте, а снизу сложены поленницей толстые бревешки. На всю ночь хватит от них света.
Вот в темноте на противоположном берегу показалась толпа народа.
Отец с туровским княжичем шли позади волхвов , ступающих первыми, белеющих в темноте своими рясами. Головы их были увенчаны шкурами медведей и волков, опускающих зубы на лица старцев.
Сейчас принесут требу, жертву водяному.
Старый жрец вывел на берег за руки девушку, в жертвенной одежде, руки ее дрожали в крючковатых пальцах служителя богов.
Никто не знал, кто скрывается под саванном, лицо было надежно скрыто. Может чья то сестра, дочь, любимая, толпа о том не ведала.
Вот произнесена речь и служитель толкает несчастную в воду. Светозара знала, что он говорит, просит батюшку Водяного принять жертву и помочь с урожаем.
Тут же про девушку все забыли и принялись поджигать Перуново колесо. Выплывет ли несчастная или водяной приберет, теперь дело богов, не людское.