— Думаю, жалованье у него не меньше нашего… Но каждый день — это уже чересчур!
Во мне внезапно проснулся маленький экономный паренек, искренне пекущийся о Бубутином кошельке.
— Меньше, Макс! Можешь себе представить, генерал полиции получает вдвое меньше, чем рядовой Тайный сыщик. А ты не знал?
— Ну, тем более… Не нравится мне эта история, Мелифаро. Как-то все неправильно! Насколько я разбираюсь в людях, ребята вроде Бубуты не любят сорить деньгами втихомолку. А здесь… Эти дурацкие отдельные комнатки — как в притоне каком-то, честное слово! Просто отлично для такого парня, как я, которому чужие глупые рожи портят аппетит. Но уж никак не для Бубуты! Зачем ему обедать в таком дорогом заведении, если не затем, чтобы это все видели? Не представляю себе Бубуту, вдумчиво, в уединении распознающего оттенки вкуса.
— Что такое «притон», Макс? — спросил Мелифаро. — Из тебя сегодня незнакомые словечки так и сыплются…
Я схватился за голову. Действительно, что такое «притон»? И зачем герои моих любимых книжек во главе со скучающим сэром Шерлоком Холмсом шлялись по притонам? Правильно, чтобы курить опиум! И чем порой заканчивалось для них посещение притонов? Правильно! Бедный Бубута… Но откуда здесь, в Ехо, опиум, скажите мне на милость? И на кой он нужен людям, которые имеют возможность совершенно легально, в кругу семьи насосаться своего супа Отдохновения и балдеть, сколько душа пожелает? Ох, я ничего не понимал, и в то же время…
— Кофа, случайно, не знает, в какой кабинке обедал Бубута?
— Сейчас спрошу.
Мелифаро снова окаменел, на сей раз ненадолго.
— Здорово! — сказал он через минуту. — Люди на все обращают внимание, когда речь идет о такой заметной персоне. Несколько раз Бубуту видели выходящим из самой дальней кабинки, той, что справа, если смотреть от входа.
— Отлично! — обрадовался я. — Мне очень туда хочется. А тебе, Мелифаро?
— Спрашиваешь! Сейчас пойдем или после еды?
— Как получится… Надо постараться сделать это незаметно.
— Зачем? — изумился Мелифаро. — Кто это, интересно, посмеет нам помешать?
— Никто. И все-таки мне хочется зайти туда незаметно. Не знаю почему. Мы, жители границ, такие загадочные…
— Да, особенно если переберете бальзаму Кахара! Ладно, Макс. Незаметно так незаметно. И как ты себе это представляешь?
— Для начала мы осторожно пошлем зов в эту комнатку. Просто чтобы понять, есть ли там кто-то. Если есть, придется подождать, пока они набьют брюхо и смоются. Если нет, нам лучше поторопиться, пока никто не пришел… Сделаешь?
— Только ради тебя… Да, там сидит один парень. Между прочим, какой-то сонный! Он ничего не заметил. Совсем ничего, даже не вздрогнул.
— Ну вот, нам везет! Значит, успеем поесть.
— Надеюсь. Я собирался умереть от голода еще в Архиве, если ты помнишь… Ну и что мы будем делать потом?
— Ничего особенного. Дождемся, пока эта мрачная дама уйдет на кухню или Магистры знают куда еще… И просто тихонько туда зайдем. Ну и посмотрим, чем там пахнет…
— Пахнет? Ты думаешь…
— Ничего я не думаю. Посмотрим. У меня камень на сердце, Мелифаро. А эта мышца имеет дурацкое свойство ныть, когда дело пахнет керосином…
— «Керосином»? Ты имеешь в виду этот загадочный вкусный запах? — спросил Мелифаро.
Я уже начал уставать от идиоматических недоразумений, которыми изобиловал сегодняшний день. А посему просто пожал плечами.
Угрюмая леди с двумя подносами в мускулистых руках отвлекла нас от керосина, столь озадачившего моего коллегу. И мы с удовольствием набросились на еду. «Кристальная ясность вкуса» действительно имела место. Даже я оценил!
— Постарайся держать себя в руках, — попросил я Мелифаро. — Не ешь все. Оставь немного на тарелке.
— Это зачем еще?.. А, понимаю! Ты имеешь в виду, что нам, возможно, придется здесь засидеться? Не переживай: этот соня уже уходит. Я за ним слежу.
— Вот и славно. Тогда не держи себя в руках, так и быть, разрешаю!
— Спасибо! — с набитым ртом отозвался Мелифаро. — Думаю, что мы уже можем выползать… нет, еще чуть-чуть!.. Он остановился в холле. Отлично, я как раз хотел дожевать этот кусочек… Пошли, Макс. Самый подходящий момент: старой мымры тоже нигде нет.
Мы выскользнули в холл. Зайти в дальнюю кабинку, всемирно знаменитую тем, что в ней побывал великолепный генерал Бубута, было делом нескольких секунд.
— Грешные Магистры! Этот запах! — изумленно прошептал Мелифаро. — Пахло именно отсюда. Засоня наворачивал «Короля Банджи» или как там его… Посуду уже убрали, а запах как на кухне!