— Это невероятно! — прошептал я. — Грешные Магистры, кто бы мог подумать!
— Да, это и правда довольно невероятно, — флегматично согласился сэр Шурф. — А однажды я смог покинуть странное пустое место и вернуться в Ехо. Сэр Джуффин Халли подыскал мне неплохую работу: в конце Смутных Времен человек с такими руками мог не бояться засидеться без дела… Так что мне все-таки довелось узнать вкус крови Великих Магистров, но тогда это был уже вопрос долга, а не желания, поскольку моей новой личности стало абсолютно все равно: убивать или нет. Думаю, ни одно убийство, которое мне приходится совершать, действительно не имеет особого значения… Извини, Мерилин, я никогда не был хорошим философом!
Я ошеломленно молчал. Мой собственный мир, в котором я так уютно обжился, рушился на глазах. Непогрешимый сэр Шурф, надежный, как скала, невозмутимый и педантичный, напрочь лишенный чувства юмора и простых человеческих слабостей, где вы, отзовитесь! А мои остальные коллеги во главе с сэром Джуффином Халли, который оказался остепенившимся «Кеттарийским Охотником»? Что я, собственно, знал о них? Что они — славные ребята и мне хорошо в их обществе?.. Какие еще сюрпризы они мне приготовили?!
— Тебе следует вспомнить те самые дыхательные упражнения, которым я учил сэра Макса, Мерилин, — посоветовал мой спутник. — Не следует так волноваться из-за вещей, которые случились давно и не с нами.
— Святые слова! — согласился я и дисциплинированно принялся за знаменитую дыхательную гимнастику Лонли-Локли.
Минут через десять я действительно был абсолютно спокоен: тайны нового восхитительного Мира раскрывались постепенно, и это было величайшим из благ! Я еще должен благодарить судьбу, что чудесные откровения всех моих коллег не обрушились на меня одновременно!
— Господин Абора Вала только что прислал мне зов, — сообщил Лонли-Локли. — Сейчас караван остановится, чтобы пообедать. Утром ты вела себя безупречно, Мерилин, постарайся продолжать в том же духе!.. Кстати, я давно хотел заметить, что, выполняя дыхательные упражнения, сэр Макс дышит так же резко и неритмично, как и разговаривает. Постарайся изменить этот прискорбный факт, Мерилин.
— Ладно уж, постараюсь! — проворчал я. — Неужели я действительно так ужасно говорю?
— Да, разумеется, но со временем это пройдет… Останавливаемся, Мерилин. Приготовься сменить тему беседы, хорошо?
— Хорошо. Кстати, у нашего Мастера Предводителя Каравана тоже неплохое чувство времени: я как раз проголодался.
— Нужно говорить «проголодалась», Мерилин… У господина Вала вовсе нет никакого «чувства времени», наш караванщик просто останавливается возле тех трактиров, хозяева которых платят ему за то, что он привозит клиентов.
Я рассмеялся.
— Откуда ты знаешь, Гламма?
— Я посмотрел ему в глаза, когда мы знакомились.
— Тогда конечно!.. Все равно он остановился вовремя: есть хочется ужасно.
— Ну, пошли! — И он галантно помог мне выйти из амобилера.
Обед был не ахти. Во всяком случае, не мне, начинающему гурману и любимому воспитаннику сэра Кофы Йоха, восторгаться простой деревенской пищей! А наши спутники, увы, оказались обыкновенными занудными обывателями. Я с изумлением понял, что обожаемый мной прекрасный новый Мир не так уж совершенен. Думаю, обыватели всех Миров довольно утомительны. От тесного общения с большим количеством этих простых милых людей у меня тоже голова кругом от восторга не пошла… Но путешествие есть путешествие, и даже такие досадные мелочи, как плохая кухня и доставучие попутчики, обладали совершенно особым шармом.
После обеда мне удалось убедить Лонли-Локли, что меня можно пустить за рычаг амобилера. Он очень не хотел рисковать: мое здравомыслие не внушало сэру Шурфу особого доверия. Но леди Мерилин так ныла!
Через час черепашьей езды я был вознагражден.
— Я не мог предположить, что ты обладаешь такой выдержкой! — одобрительно сказал мой суровый спутник.