— Может быть. Спокойной ночи.
Я молча смотрел, как она прошла через палату и скрылась за дверью. Потом дрожащей рукой вытащил сигарету и закурил. Завтра в полдень! Значит, мне нужно убраться до этого времени. Мне совсем не хотелось оставаться здесь и разыгрывать перед ними комедию. Я решил, что мне надо удрать после второго завтрака. Они не посмеют насильно держать меня здесь, я же не преступник.
Я лежал и размышлял, почему мне не удалось найти работу, почему все получилось так бестолково? Может быть, потому, что у меня не было никакого плана? Может быть, потому, что я был готов на то, что под руку попадется? Пожалуй, так. На этот раз у меня должен быть план. Мне нельзя снова потерпеть неудачу, я должен в конце концов найти работу. Хотя что, собственно, я могу спланировать? Как можно предотвратить неудачу? Нужно иметь в виду что-то, что сработает наверняка.
В голове одна за другой крутились самые различные мысли, но стоило их чуть обдумать, как они рассеивались как дым. Я оглядел палату. Возле двери висела табличка, на которой было написано: «Больница Беллевью — палата 23». Вот тут меня и осенило. Да так неожиданно, что я удивился, как не додумался до этого раньше. Уж это-то сработает наверняка. Я отложил сигарету и уснул.
Я стоял на углу и смотрел на часы в витрине напротив. Они показывали одиннадцать. Успел! Мне стоило большого труда убедить доктора, что я в порядке. Но что ему оставалось делать, если я твердил, что чувствую себя отлично?
Лицо доктора приняло озабоченное выражение, когда я попросил его отпустить меня.
— Вам следовало бы побыть здесь еще несколько дней, — сказал он. — Вам действительно надо отдохнуть.
— Но, доктор, я уже чувствую себя лучше, а кроме того, у меня есть друзья, которые позаботятся обо мне. Все будет в порядке.
— Ну, хорошо, — согласился он, — раз вы настаиваете, мы не можем вас удерживать. Но учтите, состояние ваше хуже, чем вы думаете. Когда попадете к друзьям, оставайтесь несколько дней дома и отдыхайте.
— Не беспокойтесь, доктор, — заверил я его, — я так и сделаю.
Он подписал карточку на выписку и протянул ее сестре.
— Не забывайте, о чем я вам говорил.
— Не забуду, доктор. Благодарю вас, большое спасибо, — я протянул ему руку.
Несколько секунд он удивленно смотрел на мою руку, потом пожал ее. Сестра принесла мою одежду, я оделся и вышел на улицу.
Я снова бросил взгляд на часы — одиннадцать. Пора заняться делом. Нужно обязательно сегодня же разыскать Силка Феннелли. Он знает, что я сделал для него. Возможно, я спас ему жизнь, вовремя доставив в больницу Беллевью. Нынешний день станет для меня поворотным. И если уж мне суждено вернуться в прошлое, то я вернусь.
Он не посмеет отказать мне.
Интерлюдия
Фрэнсис
Джерри подошел к бару и сделал себе еще один коктейль, потом поднял бокал и внимательно посмотрел через него на свет: много виски и чуточка содовой.
Он повернулся к Марти и сделал знак рукой, чтобы он сел на место.
— Потерянные годы, — тихо сказал Джерри. — Тон, которым ты произнес это, кое-что прояснил мне. За время, прошедшее с того момента, как Фрэнки ушел, и до того момента, как мы встретили его, он здорово вырос. Возможно, не в том смысле, как выросли мы, а в другом. Должно быть, за это время что-то произошло с ним, что вернуло его на тот путь, единственный путь, по которому он мог идти в одиночку.
Не знаю, что это было, наверняка этого никто не знает и не узнает никогда. Но имеются следы его возвращения в наши жизни. Слабые, отрывочные следы, и все же достаточные, чтобы иметь представление, что произошло с ним и чем он занимался.
Странное совпадение, но началось это немного спустя после того, как я начал работать помощником окружного прокурора. Шел апрель тридцать шестого. Полиция занималась расследованием гангстерской перестрелки в одном из городских отелей. Ходили слухи, что в деле замешаны хорошо известные воротилы игорного бизнеса. Мы тщательно искали, но никак не могли найти концов. В этот момент к нам пришел один из наших осведомителей и рассказал странную историю о человеке, который работал на Феннелли и о котором мы раньше не слышали. Из рассказа осведомителя следовало, что этот парень за последние два, может быть, три года прошел путь от посыльного у букмекера до одного из руководителей организации. Парня звали Фрэнк Кейн. В то время я был занят в суде другим делом, и данный случай прошел мимо меня. Узнал я о нем только через несколько лет, когда ко мне попало это дело.