Я засиделся в офисе допоздна. Вошел Аллисон, включил свет и удалился. За последние несколько лет я проделал большой путь. Теперь у меня было все, чего я добивался. У меня были деньги, я носил хорошую одежду, хорошо питался и хорошо жил. Что мне еще было нужно?
Женщина? Черт побери, да стоило мне только щелкнуть пальцами, и в моем распоряжении были бы лучшие девицы в стране. Нет, в этом я не нуждался.
Друзья? Возможно. Но я давно усвоил, что не могу позволить себе иметь друзей, если хочу добиться своего. За все, чего я добился, я должен был ими поступиться. А кроме того, друзья не смогли бы дать мне того, что я имел сейчас.
Я развернул кресло в сторону окна и посмотрел за реку, где сверкали огни Нью-Йорка. Странно, ведь там не было ничего такого, чего бы я не мог иметь здесь, и все же меня тянуло туда, за реку. Может быть, это происходило потому, что я не был свободен в своих действиях? Я встал из кресла, закурил, подошел к окну и остановился возле него, глядя на Нью-Йорк.
Рут пришла ко мне именно в такой момент. Интересно, почему? Неужели ее действительно послал Джерри? Наверняка он уже не может отвертеться от этого дела. И все же, если бы Джерри не взялся за него, все могло бы быть по-другому.
Зазвонил телефон. Я подошел к столу, снял трубку. Это был Аллисон.
— Я подготовил вам отчет из Танфорана.
Я взглянул на часы, было уже почти десять. Даже не подозревал, что уже так поздно. Я устал и хотел есть.
— Хорошо, давайте, — сказал я и, выслушав его, повесил трубку.
А Нью-Йорк по-прежнему был за рекой.
Несколько минут я сидел расслабившись. До ухода домой мне надо было сделать еще кое-что. Я достал личное дело Аллисона из ящика стола, где оно хранилось с позавчерашнего дня, и просмотрел его. Потом нажал кнопку вызова секретаря.
Аллисон появился в дверях.
— Да, сэр?
— Входите и садитесь, — сказал я ему. — Хочу поговорить с вами.
На его лице промелькнуло некоторое замешательство, но только на миг.
— Слушаю, сэр, — сказал он, подходя к креслу перед столом и усаживаясь в него.
Я протянул ему его досье.
— Я только что просматривал ваше личное дело, — сказал я, — в нем много необычного.
Аллисон напрягся.
— В каком смысле, сэр? — несмотря на попытку контролировать свой голос, он не смог скрыть волнения.
— Раз мы одни, вы можете оставить эти «сэр» и «мистер». Это все чепуха. Обычно люди используют обращения, чтобы скрыть отношение к людям, с которыми разговаривают. Меня все называют Фрэнк.
Аллисон кивнул.
— А меня зовут Эдвард. Эд.
Я посмотрел на него. А он не глуп. Как бы ему ни хотелось получить ответ на свой вопрос, он не повторил его, видя, что я не намерен отвечать. Сегодня вечером меня удивил его подбородок, а теперь я разглядел сильные складки вокруг рта, голубые глаза, полные решимости, морщины над бровями.
— Вам ведь не очень нравится работа такого рода, не правда ли? — спросил я. — С вашим образованием довольно странно застрять в таком месте и работать на такого парня, как я. — Я взял его личное дело и прочитал: — В тридцать первом школа бизнеса, в тридцать четвертом юридический факультет Колумбийского университета.
— Человек должен есть, — улыбнулся Аллисон, почувствовав себя более уверенно. — Голод не разбирается в дипломах, особенно университетских.
Ответ был неплох. Я почувствовал, что мне нравится этот человек, несмотря на то, что я о нем знал. Мне понравилось, что он не стал опровергать моего утверждения о том, что он заслуживает большего. Мне понравилось, что он не стал нести какую-нибудь глупость типа: «Нет, что вы, мистер Кейн! Именно такую работу я и хотел получить». Я улыбнулся.
— Не говорите так, Эд. Похоже, ваши родители вполне обеспеченные люди.
Видя, что этот номер не проходит, он попытался пойти по другому пути. В голосе его чувствовалась фальшь, он старался произвести на меня хорошее впечатление.
— Я хотел заняться чем-нибудь другим, — сказал он, — но меня не привлекает скучная рутина обычных адвокатских или деловых контор.
— И вы пришли сюда, — улыбнулся я.
— Да, — кивнул он.
— И это было то, чего вы хотели?
— Отчасти да, хотя и не совсем то, чего я ожидал.
Я громко рассмеялся.
— А что вы ожидали увидеть здесь? Ковры, залитые кровью? Не дурите, это такой же бизнес, как и любой другой. — Теперь настала моя очередь притворяться. Он начал проявлять некоторые признаки характера, и я отметил, что он не любит, когда над ним смеются. Я решил увести разговор несколько в сторону.
— Как долго вы работаете здесь, Эд?