Мне хватило пяти минут, чтобы утолить голод и жажду. Катерина покорно ждала, не спеша начинать разговор. Приглушив свет фонаря, она слегка приспустила капюшон и прошептала:
— У нас не так много времени.
— Знаю, утром сюда явится Верона со своими головорезами, — ответил я.
Катерина покачала головой:
— Он и служители ордена уже здесь.
— Здесь⁈ Вот это да. Не ожидал от кардинала такой прыти!
— К нам прибыли несколько повозок, и человек тридцать, неменьше. Все монахи в полном вооружении. Я честно сказать никогда такого не видела.
— Вот чёрт! — я высыпал землю обратно на каменные плиты.
— Он собирается забрать тебя с рассветом, переждав ночь, — объяснила Катерина и немного подумав, добавила: — Говорит, что в ночное перевозить monaro очень опасно.
— Бред собачий! — оскалился я.
Катерина заметно улыбнулась:
— Я тоже так считаю. И хочу предложить тебе сделку.
— Жизнь в обмен на… — начал я.
— На одну услугу, — перебила она меня. — Услуга непростая. Далеко непростая. Но думаю, она тебе по плечу.
— А если откажусь?
— Тебя обвинят в ереси! И сожгут или четвертуют, но скорее всего — второе. У мужчин привилегия перед представительницами слабого пола. Это колдуний просто сжигают или сажают на «позорный стул».
— И зная это, ты просишь помощи у оборотня? — поинтересовался я.
Услышав последнее слово, Катерина вздрогнула — ее ладонь потянулась ко лбу, но в последний миг она передумала и не стала креститься. Опустив голову, представительница знатного рода немного помолчала, а потом со всей уверенностью произнесла:
— Мое положение настолько ужасно, что я готова просить помощи хоть у самого Дьявола. Тем более, когда Святые Заступник уже бессильны! — В руках Катерины блеснул ключ. Она протянула руку через решетку и быстро заговорила: — Я сильно рискую находясь здесь. И, скорее всего, ты мой последний и единственный шанс на спасение. Поэтому я не просто прошу согласиться на мои условия, а умоляю это сделать стоя перед тобой на коленях!
Я медлил лишь минуту. Не потому, что выбирал, а просто просчитывал дальнейшие шаги. А затем протянул Катерине руку. Удивительно, но, даже шагнув на семьсот лет назад, я умудрился получить новый контракт.
Девушка открыла дверь и помогла мне избавиться от цепей.
— Идем, скорее!
Мы выбрались через коридор, который оказывается имел несколько выходов. Катерина вывела меня к дороге, где нас ждал всадник. Я запрыгнул в седло. Девушка оказалась рядом. Наши взгляды пересеклись. В ее глазах читалась надежда, а мои были наполнены радостью свободы.
— Доверенный человек доставит тебя в безопасное место, — прошептала она. — Мы встретимся чуть позже, и тогда ты сможешь сдержать свое обещание.
Я не любил бросать слов на ветер. И здесь, в отличие от моего времени, словам давалось особое значение. Немного помедлив, я кивнул в знак благодарности и произнес:
— Сделаю все что в моих силах.
Ранний петух возвестил о том, что ночь больше не имеет власти на земле. Тьма отступила, и мир погрузился в предрассветную дымку. Верона вступил на скотный двор в окружении вооруженных стражей святого ордена — на кирасах светились белые кресты на черном фоне. В руке священника имелась темная свеча — особый артефакт, способный проявить и обнаружить силы тьмы.
Остановившись возле маленькой деревянной двери, Верона обратился к помощнику, предупредив:
— Будьте аккуратны, я думаю, речь идет о демоне среднего порядка.
Тот кивнул и, пригнувшись, исчез в пустоте коридора.
Через минуту послышались встревоженные крики. Началась суета, замелькали факелы, послышалось тревожное ржание. Верона спешно покинул двор — остановившись у ворот, он несколько раз перекрестился и начал читать молитву Спасение от лукавого.
Кардинал понимал, что опоздал. Но самое ужасное, что страх его рос с каждой секундой. А что, если он упустил не просто жалкого прихвостня темных сил, а фигуру более важную?
Больше часа священник смотрел на извилистую дорогу и мысленно просил всевышнего дать ему силы, для поимки изворотливого беглеца. И Господь услышал его молитвы — тишина донесла до старца топот запряженной шестерки.
Карета остановилась напротив кардинала-инквизитора. Возница зло рыкнул, приструнив раздухарившихся лошадей. С облучка спрыгнул сухопарый мужчина с бельмом на глазу. Он низко поклонился священнослужителю и прошипел змеей: