— Чертова вуаль! — заскрипела зубами Эсмеральда и потянулась к лицу, желая содрать с себя внешнюю кожу, но рука танцора ее остановила.
— Не стоит.
— Почему?
— Для всех мы артисты. Снимешь маску, когда окажемся в безопасном месте.
Напарница кивнула.
— Кстати, а куда мы?
— Скоро узнаешь.
Китобой не любил делиться подробностями плана — никогда и ни с кем. Так безопаснее! Если ты профессионал, то сможешь адаптироваться к любой ситуации, для этого лишняя подготовка или отработка не требуется. А начнешь морочиться сценарием, пытаться все отладить до автоматизма и просчитать все возможные варианты — обязательно напортачишь, или того хуже — нарвешься на подставу. Может быть, благодаря подобным принципам Китобой до сих пор был жив и выходил сухим из воды. Впрочем, как говорится: и на старуху бывает проруха!
Примерно через час машина свернула на проселочную дорогу.
— Почему мы просто не атаковали дронами? — уточнила Эсмеральда.
— Резиденция Юсуповых имеет защиту от любой механической, виртуальной и кибернетической атаки, как с земли, так и с воздуха. Так что они смогли бы с легкостью отразить нападение используй мы технику, — без особого интереса объяснил Китобой.
— Поэтому и действовали открыто, — добавила артистка.
— Умница девочка, я никогда не сомневался в твоих умственных способностях.
Ночной лес озарили огни боевых вертолетов. Их быстро вычислили, на минуту раньше, чем рассчитывал Китобой. Вот почему нет смысла отрабатывать план до автоматизма — идеальной реализации все равно не получится. А значит необходима импровизация.
— Что будем делать? — обеспокоенно уточнила Эсмеральда.
Танцор улыбнулся:
— Станцуем еще раз тарантеллу.
Его слова послужили сигналом: водитель выключил фары, салон озарился тусклым красным светом, а над автомобилем возникла прозрачная сетка маскирующего зонда. Грохочущий двигатель перешел на бесшумный режим. И машина покатилась дальше, словно телега. Не хватало только погонщика с вожжами и старой клячи.
— До первого перехода семьсот метров, — предупредил водитель.
Вертолеты пролетели мимо, пробежав лучом по верхушкам деревьев.
— Отработали квадрат, какие молодцы, — констатировал Китобой. — Но они обязательно сюда вернуться. У нас ровно три минуты!
Машина остановилась возле небольшой поляны, где возвышались округлые каменные столбы, накрытые маскирующей сеткой. Выбежав из машины, Китобой кинул несколько сумок возле ближайшего каменного гиганта и стал снимать веревки с колышек. Защита слетела с острой грани с изображением древнего славянского божества Велеса.
Эсмеральда помогала с оборудованием — подключила к блоку питания ноутбук. Запустила программу генерации перехода.
Камней было пять — четыре символизировали стороны света, а один, в центре, мироздание. Китобой достал из сумки скученный валик планшета, подключился к магической ауре. Задал параметры координат. И тихо прошептал:
— Двенадцать секунд до нападения.
Но сделал это так, чтобы его никто не услышал. Как говорят в таких случаях: знают двое, знают все.
Над поляной завыл ветер. Деревья склонились к земле. Природа ощущала нарастающее напряжение в месте силы.
Эсмеральда стояла рядом с дорогой, когда их громко окликнул водитель.
Наверное, стоило обернуться и задать вопрос или просто переспросить — так и поступил танцор. С одним лишь «но». В его руке возник пистолет с глушителем. Он не стал произносить лишних манипуляций — а начал стрелял в пол-оборота. Водитель схватился за живот: под одеждой, скорее всего, был бронежилет, а вот вторая пуля угодила уже в руку. В руке представителя заказчика сверкнул короткоствольный автомат.
Эсмеральда вздрогнула:
— Ты знал!
— Догадывался! — ответил Китобой.
Водитель лежал молча, держась за простреленную кисть.
— Это ведь не последний сюрприз? — уточнил у него Китобой. Но ответа не последовало.
Связав водителя, танцор усадил его на пассажирское сидение и схватил себя за лицо. Он буквально смял тонкую вуаль, превратив ее в бимолекулярную субстанцию. Немного помедлил, а затем нацепил на лицо водителя обычную белую итальянскую маску. Тот сопротивлялся, но кляп и пластиковые наручники, стягивающие предплечья, сдерживали любое желание освободиться. Через секунду у пленника сформировалось новое лицо — с широким носом, крохотными темным глазками и кудрявыми волосами. Вылитый танцор. На соседнее сидение Китобой кинул видео-браслет — возник образ уставшей девушки в ярком сценическом платье. Если будут сканировать машину, а они обязательно будут это делать: то сканер среагирует на присутствие живого человека.