– Хорошего утра, господа! Кажется, уже светает… – Яустало потянулся, поднимаясь из-за стола.
– Вы уже уходите, Брандо? – недоверчиво спросил Тарра. Кажется, он только начал понимать, что со мной уйдут и его деньги. – Вы могли бы дать мне шанс отыграться…
– Не советую, – весело сказал я. – Только деньги потеряете. Не огорчайтесь, дружище, будет и на вашей улице праздник! В Кеттари полным-полно приезжих, насколько я знаю… Проблема в том, что ваша луна без ума от меня!
– Луна? Ну и ну… – растерянно протянул мой партнер. – У кого вы учились играть в «крак», Брандо?
– У своей тетушки. Ваше счастье, что она уже триста лет не выходит из дома! Не горюйте, Тарра, таких приезжих, как я, на вашем веку больше не предвидится, а вы действительно классно играете. Мне почти не приходилось прикладывать усилий, чтобы время от времени вам поддаваться…
«Поддаваться»? Вы что, издеваетесь? – Кажется, парень здорово обиделся. Или даже начал по-настоящему злиться.
– Ну разумеется, иногда мне приходилось поддаваться, – примирительно сказал я. – Но это не такой уж большой урон для вашего бизнеса, правда?.. Так что хорошего вам утра, я действительно хочу спать.
И я покинул это милое место, от души надеясь, что мне не придется стать главным героем большой драки. Ничего, обошлось!
Дома я аккуратно сосчитал добычу. Восемьдесят одна корона и еще какая-то мелочь, целая пригоршня. Все-таки гораздо меньше, чем было в кошельке у Шурфа в самом начале его феерического бенефиса, но теперь можно жить по-человечески! Яогляделся. Лонли-Локли наверняка спал наверху, поскольку «спать полагается в спальне», разве не так? Я решил, что тоже могу вздремнуть. Прямо здесь, на полюбившемся мне коротком диванчике. Слишком коротком, если разобраться, но я – человек привычки, это точно! После недолгих размышлений я написал записку: «Будить в полдень, несмотря ни на что!» – и водрузил ее над своим изголовьем. Кажется, на сегодня у нас намечались дела…
Так что на этот раз меня грубо растолкали: сэр Шурф – парень дисциплинированный. И очень сообразительный: бутылку с бальзамом Кахара он приготовил заранее, так что мои утренние страдания продолжались всего несколько секунд.
– Спасибо, Шурф! – Я уже был в состоянии улыбаться не только своему мучителю, но и патологически яркому полуденному солнышку. – У меня две хорошие новости: во-первых, мы богаты…
– Макс, я надеюсь, ты не сделал ничего такого, о чем…
– О чем я не рискнул бы поведать Генералу полиции, великолепному Бубуте? Можешь быть спокоен: я просто решил проверить, что такого интересного ты нашел в местных азартных играх… Полностью с тобой согласен: это было здорово!
– Ты хочешь сказать, что играл в карты с местными жителями? Никогда не подозревал, что ты можешь оказаться хорошим шулером…
– Шулером? Обижаешь! Я – очень честный парень. Просто еще более везучий, чем они. Так что…
– Сколько же ты выиграл?
– Посчитай! – гордо сказал я. – Одну корону и мелочь сразу можешь вычесть: они были у меня с самого начала. А я пока умоюсь.
Когда я вернулся в гостиную, Лонли-Локли взирал на меня с почти суеверным восхищением.
– Твои таланты воистину неисчерпаемы! – торжественно заявил он.
– Исчерпаемы, исчерпаемы, можешь мне поверить! Я не умею петь, летать, готовить пирог Чаккатта и все такое… Идем завтракать, Шурф! Грешные Магистры, как хорошо, что можно не слишком вчитываться в цены!
Завтракали мы в «Старом столе», там же, где и вчера. Во мне разбушевался махровый консерватор, который упрямо утверждал, что «от добра добра не ищут» ну и так далее… Приветливая хозяйка нас узнала, это было приятно. Но мой аппетит все еще где-то шлялся и обещал навестить меня попозже. Зато Лонли-Локли ел за двоих. Это умиляло: я чувствовал себя кем-то вроде заботливого отца семейства и единственного кормильца. Странное ощущение!
– А что «во-вторых»? – неожиданно спросил Шурф, не прекращая жевать.
– В каких «вторых»? – Признаться, я здорово растерялся.
– Утром ты сказал, что у тебя две хороших новости. Что, во-первых, мы разбогатели. Но ты так и не сказал, что же «во-вторых». Или это?..
– Что? Тайна? Нет, Шурф, это новость специально для тебя. Небольшая работенка для твоих умелых ручек, после чего мы с чистой совестью можем проваливать из этого сумасшедшего городка… Видишь ли, по Кеттари бродит некий сэр Киба Аццах, если я не ошибаюсь насчет его грешного имени…
– Ты не ошибаешься.
– Ну вот, отлично, тебе его имя действительно что-то говорит. Насколько я понял, с Кеттари, в общем-то, все в полном порядке, но присутствие этого господина несколько меняет дело…
– Понимаю, – сдержанно сказал Лонли-Локли. – С Кеттари все в полном порядке. Что ж, неплохо, если ты действительно в этом уверен…
– Шурф, – мягко сказал я, – поверь мне на слово, с Кеттари действительно все в порядке. Здесь случилась одна очень странная история, но скорее хорошая. Мне она нравится. И Джуффину понравится, насколько я могу судить… А вот с этим господином, насколько я понял, необходимо покончить, поскольку его присутствие может все здорово испоганить… Я что, испортил тебе аппетит, Шурф?
– Ты тут не при чем. Ты знаешь, что человек, чье имя ты назвал, умер довольно давно?
– Знаю, – сказал я, – и, кажется, это только ухудшает дело…
– Разумеется, ухудшает! С мертвым Магистром всегда гораздо труднее справиться, чем с живым… Что еще тебе известно, Макс?
– Это все. – Я развел руками. – Думал, что ты знаешь… Как его найти, и все такое…
– Найти его будет несложно! Мне любопытно, что еще ты знаешь про Кибу Аццаха.
– Ничего. Только, что он – мертвый Магистр и чем-то напакостил в Кеттари… или собирается напакостить, я так и не понял… Да, конечно! Он – «неправильно убитый Великий Магистр». Странное выражение, да?
– Почему странное? Так оно и есть. Когда я убивал его, я еще не знал, как это делается… Более того, я даже не был в курсе, что я его убиваю.
– Ты убивал его?! – Я наконец начал что-то понимать. – Это, часом, не бывший хозяин твоих перчаток?