Часа три спустя они, запыхавшись под тяжестью рюкзаков, добрались до берега озера Кишамускек. Из тайника среди ивовых зарослей вытащили каноэ, положили туда топор и свернутую в рулон сеть и поплыли на середину озера, оставив на берегу остальное снаряжение. Рори рассказал об особенностях островка: о поросшем ивами мыске и маленькой заводи среди осоки, где, судя по всему, часто кормились гуси. И на этот раз гуси были там. Большие птицы вели себя точно так же, как прежде: тревожно загоготали и поплыли к островку, а выйдя на берег, скрылись примерно в том самом месте, где и накануне. П. Л. обернулся, его загорелое лицо раскраснелось и сияло.
— Вот уже тридцать пять лет, как я ловлю птиц, но это самое удивительное, что мне довелось повидать! — воскликнул он. — Ну а что, по-вашему, он станет делать осенью?
— Я думаю, мы сейчас как раз получили веское доказательство, — сказал Рори. — Бежать вот так на сушу характерно для канадских гусей, но не для белощеких казарок. Вероятно, наш гусь впервые увидел дерево, когда прилетел сюда. Для птицы, которая привыкла к широкому, бескрайнему простору до самого горизонта, для такой птицы, должно быть, ужасно оказаться на берегу среди лесов. Но он очень быстро приспосабливается к ее образу жизни. Готов побиться об заклад, что на эту зиму он останется с ней.
Они поплыли к соседнему островку, где можно было нарубить кольев для ловушки, не потревожив гусей; затем вернулись с кольями в ту заводь. Они торопились, чтобы не спугнуть гусей излишним шумом, - в том случае, ежели те еще находились поблизости, - вбили колья и укрепили на них сеть, так что образовался клинообразный загон высотой в четыре фута. Края загона доходили до самой воды, образовался вход шириной футов в пятьдесят, расположенный в том месте, где гуси дважды выходили на сушу. В верхней, заостренной части клина они оставили незаделанной дыру шириной в два фута, ведущую в круглую загородку футов шесть в диаметре. На работу ушло полчаса, и, закончив ее, они отплыли и осмотрели берег, на котором только что работали. Они старались не задеть кустов и деревьев, и только у выхода из загона, у воды, сеть была чуть-чуть заметна. В остальных местах ее скрывали густые кусты.
Они вернулись на берег озера, разбили лагерь и перекусили на том месте, где и Рори с Кэнайной. Еще по дороге Рори рассказал П. Л., что завтра с Джоком прибудет девушка-индианка. Теперь, закончив труды, они сидели на песке, и Рори заметил, что у П. Л. запрыгали волосы над лбом, означая, как успел сообразить Рори, сигнал тревоги.
— Давайте начистоту, — сказал он, — что за чушь вы плели насчет того, что влюбились в индианку?
Рори уставился в песок. Там еще сохранилась кучка золы от их костра, а чуть правее — то место, где они лежали на одеяле в самый первый день.
— Ну, погодите... - спокойно сказал он. - Познакомитесь, а уж потом...
— Незачем мне с ней знакомиться. Не знаю, что вы вбили себе в голову. И планов ваших не знаю, — выпалил П. Л. — Знаю только, что, если вы не одумаетесь, не возьметесь за ум, это наилучший способ загубить хорошую карьеру. Болван вы безмозглый!
Раньше пристрастие П. Л. к крепкому словцу всегда казалось забавным и необычайно выразительным. Теперь, когда оно обрушилось на него самого, оно звучало ядовито и мучительно, оно оскорбляло. П. Л. был прав — Рори мог бы испортить себе карьеру, но он не намерен этого делать. Не собирался он и спорить об этом с П. Л., потому что теперь, после четырех лет знакомства, уважения, а подчас и восхищения, которое он питал к профессору, Рори начал испытывать к нему антипатию.
- Погодите, - повторил Рори. - Завтра вы познакомитесь с ней. И тогда, мне кажется, вы поймете.
На следующее утро Рори и П. Л. уже успели позавтракать, когда Кэнайна вышла из лесу. Тащивший на плечах каноэ Джок, отстав ярдов на сто, следовал за ней. Кэнайна шла по пляжу к палатке, где сидели Рори и П. Л. Одета она была так же, как во время первой поездки: красная вельветовая куртка, серые брюки, свитер с высоким воротом, расшитые бисером мокасины, волосы перехвачены красной лентой.
Рори поднялся, искоса поглядывая на профессора, чтобы не пропустить его реакцию. П. Л., опять одетый в одни шорты цвета хаки, тоже поднялся и равнодушно смерил взглядом Кэнайну. Она подошла, возле уголков ее рта вновь обозначились прелестные ямочки. Рори познакомил профессора с Кэнайной. П. Л. кивнул и коротко сказал: