— Да, недолюбливаю! Они ленивы и готовы проваляться все лето, чуть не околевая с голоду, вместо того чтобы работать на железной дороге в Мусони. Там есть работа. Почему никто из этих ленивых ублюдков не идет туда, чтобы летом подзаработать хоть немного денег?
— Потому что они охотники, — сказал Рори. -С тех пор как возникла их раса, они живут охотой. Уважаемый индеец — это всегда отличный охотник, человек, который уходит из вигвама и приносит убитую им дичь, когда остальные пришли с пустыми руками. Добывание средств к существованию тесно связано у них с охотой. Вкалывать за деньги, а потом в лавке менять заработанные деньги на жратву не дает им никакого психологического удовлетворения. Таким образом, процесс добывания пищи становится незавершенным, в нем нет традиционного противостояния искусства охотника и искусства самосохранения у зверя, на которого он охотится. Работающий за деньги индеец лишен психологического подъема, который дается охотой, а он ему нужен. Идти и работать на белых унизительно, это признание того, что ты не способен прокормить семью на традиционный, достойный уважения лад. Когда индеец приходит к нам на работу, мы восхищаемся и говорим - хороший индеец. Но у его соплеменников иные понятия, и согласно этим понятиям он плохой индеец, а может, попросту растяпа и неудачник!
— Мы несколько уклонились, — заявил П. Л. — Мы говорили о вас
и об этой смазливой девчонке. Вы можете жениться на ней. Ну конечно, вы можете жениться на ней. И притом получить диплом, а поскольку на биологов спрос, и вы где-нибудь подыщете себе работу, станете преподавателем зоологии. Тут-то и пойдут ваши мытарства и злоключения! В любом университете масса закулисной возни и склок. Я знаю, потому что сам прошел через это. У меня тоже был изъян, только другой — я вовсе не женат. Жена может оказаться чертовски полезна, но неверно выбранная жена только мешает двигаться дальше. Неважно, умна ли и хороша эта девица и умеет ли она хорошо приспосабливаться к окружению, - она никогда не сможет по-настоящему принадлежать к университетской среде. Неважно, справедливо это или нет, это факт. Вы навсегда останетесь преподавателем зоологии, который женился на скво. На всю жизнь вас заморозят на этом посту: университету будет слишком неловко выдвигать на какую-нибудь видную должность человека, женатого на скво. А тем временем ваши студенты, перешагнув через вас, станут профессорами или адъюнкт-профессорами.
Чело П. Л. больше не дергалось от возмущения, он говорил спокойно, по-отечески. Рори теперь ничего не мог возразить.
- Что она станет делать, если попадет в затруднительное положение и больше не сможет терпеть? - спросил профессор. - У нее только один выход. Вернуться сюда и жить в лесу, как зверь. Один раз она уже это сделала, сделает и во второй.
Рори знал, что до такого скверного исхода не дойдет. Он был убежден, что из Кэнайны получится превосходная жена, отличная жена в стенах их дома, однако она никогда не сможет стать частью его жизни за пределами дома. В этом смысле П. Л. не сказал ему ничего нового: все это Рори решил для себя за несколько недель до прибытия этого академического птицелова.
Рори вновь начал грести. Далеко опередив их, Кэнайна и Джок высадились на песчаном мысу. П. Л. тоже взялся за весло.
— Покрепче застегните портки и держитесь от нее подальше, — сказал П. Л. — Отправьте ее нынче же вечером в Кэйп-Кри и никогда не заводите с ней разговоров. А ежели потом где приметите ее, немедленно поворачивайте и бегите прочь со всех ног.
Рори машинально продолжал грести. П. Л. не сказал ему ничего нового, но грубоватая откровенность профессора представила давно известные обстоятельства в новом, ярком и резком свете. Теперь Рори показалось, что он понял, почему так и не решился сделать Кэнайну своей любовницей. Все время, пока он втолковывал себе, что никогда не сможет на ней жениться, в его голове гнездились семена сомнении, какая-то туманная надежда на то, что любовь отыщет пути и средства, чтобы соединить их жизни Но теперь, после гневной тирады П. Л., не осталось ни сомнений, ни надежд.
П. Л. прав Надо держаться от нее подальше. Но даже и приняв нелегкое решение, Рори спрашивал себя в глубине души, способен ли он его выполнить? Разве события не зашли уже настолько далеко, что назад возврата нет? Близится осень, и скоро он покинет Кэнайну, он твердо решил. Непременно покинет. Но пока он еще здесь, рядом с ней, видит ее, способен ли он не замечать ее?