Почему она ему все это рассказывала? Она вовсе не собиралась ни о чем говорить, но какая-то непонятная сила заставляла ее продолжать.
— Мои сородичи охотятся на гусей, пока те летают весенними стаями, — продолжала она. - Сейчас, должно быть, они еще в лесу, в охотничьих стойбищах, весна в этом году запоздала на одну-две недели. Я видела с самолета, что озера все еще стоят подо льдом. Зиму напролет приходится питаться одним лишь бобровым мясом, да и его не хватает, зато наступает счастливое время, когда весной возвращаются первые гуси.
Она помолчала и испытующе глянула на него.
— Вы когда-нибудь голодали? Я не имею в виду — проголодались, оттого что обед запоздал. Я имею ввиду голод, который накапливается постепенно, если недели подряд, изо дня в день тебе достается по какой-то горсточке еды.
Рори Макдональд медленно покачал головой.
- А здесь зимой нередко случается голодать. Вот вам бы испробовать такое для ваших исследований. Пока вы не испытаете того голода, который неделями сжимает и месит желудок, будто комок теста, вы не поймете, что значит для моих соплеменников первая весенняя стая гусей.
Теперь она злилась на себя за то, что наговорила слишком много.
— И к этой-то жизни вы решили вернуться? -спросил Рори.
— Да, — твердо ответила она.
И когда взгляды скрестились, она посмотрела на него открыто, и в глазах ее не было ни следа прежней робости.
Через несколько минут они вновь поднялись в воздух, и вскоре пошли болота, о которых она только что ему говорила. Внизу до самого горизонта раскинулась плоская равнина с лабиринтом озер и прудов; покрытые льдом водоемы казались серыми пятнами и имели сумрачный вид. Вокруг озер, на каменистых гребнях и откосах, где корни деревьев могли протянуться над водой, заполнявшей весь этот край, черными щупальцами извивались полоски еловых лесов. Между озерами и лесом протянулись сочные бурые мшаники, в которых с первым, робким дыханием северной весны начала пробиваться зелень.
Кэнайна видела, как еще на стоянке Рори о чем-то договаривался с пилотом. Теперь они летели совсем низко, и Рори осматривал мелькавшие внизу замерзшие озера и болота. Кэнайна внимательно смотрела на землю со своей стороны. Внезапно Рори схватил ее за руку и притянул к себе.
— Гуси, одиннадцать штук! — крикнул он ей, перекрывая шум мотора и взволнованно показывая в окно. — Глядите! Скорее!
Он все держал ее за руку и тянул к себе, пока не протолкнул вперед, чтобы она выглянула в окно, расположенное с его стороны. Он прижал ее к своей груди, и под его рукой, лежавшей на ее плече, она не могла пошевельнуться. Лицо его было так близко, что их щеки на мгновение соприкоснулись.
Кэнайна не видела никаких гусей, потому что голова у нее закружилась и она ощущала только его близость. Это длилось всего несколько секунд, потом она высвободилась и вновь пересела на прежнее место. Сердце ее стучало, и шум этот отдавался в ушах как пушечный гром. Она с ужасом поняла, что впервые прикосновение молодого человека доставляло ей удовольствие.
Рори наклонился к ней.
- Простите! - воскликнул он. - Но этой весной я прозевал гусей в Торонто. Я всегда страшно волнуюсь, когда завижу их вновь.
После этого Кэнайна видела много гусиных стай, но не стала говорить про них Рори; судя по тому, как он поспешно записывал что-то в блокнот, он тоже видел их из окна самолета со своей стороны. Потом машина легла в вираж, и внизу показалась большая река, это была Киставани, с давно знакомой группой домов и индейских вигвамов. Но некоторые из них стояли с открытыми кровлями, и Кэнайна поняла, что из-за поздней весны многие семьи еще охотятся на гусей в верховьях Киставани.
Алюминиевые поплавки гидроплана ударились о воду с таким грохотом, словно раздалась враз дробь множества барабанов. Кэнайна вернулась домой, на этот раз навсегда.
На берегу собралось меньше людей, чем обычно. Кэнайна видела миссис Рамзей, которая шла к самолету от большого белого дома, легкое платье обвивалось на свежем ветру вокруг ее ног, Вот поразится, увидев Кэнайну. И не только — она придет в негодование, когда узнает, что Кэнайна больше не намерена жить в ее доме, а собирается перебраться к родителям.
Самолет подрулил к берегу, Рори Макдональд открыл дверь со своей стороны, вылез на поплавок и обернулся, чтобы помочь Кэнайне. В этот момент ее увидела миссис Рамзей.