Когда назавтра самолет приземлился на отмели в Кэйп-Кри, среди столпившихся на берегу индианок Рори увидел Кэнайну. В резиновых сапогах и темной, чуть не полностью скрывавшей волосы шали, которая совсем не шла к ней, она ничем не напоминала подтянутую и нарядную, обращавшую на себя внимание девушку, какою Рори видел ее в последний раз. Ступив на поплавок гидросамолета, Рори помахал ей рукой. Она кивнула в ответ, но не улыбнулась. Потом сквозь толпу протиснулись Берт и Джоан Рамзей.
— Надеюсь, вы не передумали и остановитесь у нас, — сказала Джоан.
— Да, если можно, — ответил Рори.
Он поблагодарил пилота. Машина вырулила на середину реки и взлетела. Берт Рамзей подхватил один чемодан, Рори — другой, и они втроем пошли по песчаной дорожке, поднимавшейся от берега. Только теперь увидела Джоан Кэнайну и быстро пошла к девушке. Рори — за ней.
— Я рада, что ты снова здесь, Кэнайна, — сказала миссис Рамзей. — Когда же вы вернулись с охоты?
— Вчера, — ответила Кэнайна.
— Ты еще помнишь мистера Макдональда?
— Ну конечно. - Она улыбнулась Рори, и в уголках рта мгновенно возникли и исчезли ямочки.
— Пойдем к нам выпить чаю с мистером Макдональдом, - пригласила миссис Рамзей.
— Нет, благодарю вас.
— Ну пойдем, ты просто должна пойти с нами.
— Нет! Я не хочу. - Рори заметил, как сердито сузились ее глаза, точь-в-точь как в поезде, когда он пригласил ее позавтракать.
Уголки губ Джоан Рамзей опустились, и лицо ее приняло такое выражение, словно ей только что дали пощечину.
— Хорошо, дорогая, — сказала она. — Но приходи к нам, не откладывай надолго.
— Я скоро открываю школу, — ответила Кэнайна. — Приду за книгами.
Какой-то миг они стояли друг против друга в мучительном молчании, потом Кэнайна повернулась и пошла за индейцами в поселок. Рори и Рамзей направились к большому белому дому, и, пока не пришли туда, Джоан Рамзей не произнесла ни слова. Берт Рамзей поставил на пол чемодан и вернулся в лавку; миссис Рамзей провела Рори в гостиную.
- Нам очень жаль, что так случилось с Кэнайной,-сказала она, когда они сели. — У нее необыкновенные способности.
Рори утвердительно кивнул.
— Да. Чтобы это заметить, не нужно много времени.
— Она была бы великолепной учительницей. Да кем угодно, за что бы ни взялась. — Узкое, тонкое лицо Джоан Рамзей, обрамленное седыми волосами, оставалось неподвижно, пока она говорила, глядя прямо перед собой. — Это трагедия - остаться здесь и растратить себя впустую. Двойная трагедия, потому что это и трагедия ее народа. Такой человек, как она, даже в одиночку может сделать очень много, живя там, доказывая на собственном примере, что по своим способностям индейцы нам не уступают. И она достигла бы для своего народа больше, чем для себя самой. Число их растет, потому что мы оказываем им медицинскую помощь, и теперь гораздо больше индейцев остается в живых, но земля не прокормит столько людей. Приближается время, когда избытки населения должны будут уйти отсюда, приспособиться к обществу белых, их экономике. Если все они попытаются остаться здесь, природа разрешит проблему на старый лад... Настань одна плохая зима, исчезни зверь, и все избыточное население, которого земля не может прокормить,вымрет с голоду. Природа всегда так поддерживала равновесие между землей и людьми. И тогда мы спросим себя: что пользы в наших больницах для индейцев и эскимосов? Мы спасаем больных лишь затем, чтобы заточить их в том краю, который обрекает их на голод.
Пальцы Джоан Рамзей нервно скользили по седым волосам.
- Умные, способные приобщиться к новым условиям, вроде Кэнайны, должны первыми уйти отсюда,- продолжала она, - и проторить дорогу для последующих. Ее возвращение сюда — трагедия, и не только для Кэнайны, не только для Кэйп-Кри, но и для каждой хибарки, каждого вигвама, каждого иглу от Лабрадора до Аляски, до самого Ледовитого океана. Я возлагала большие надежды на Кэнайну. Горько видеть, что все кончилось... таким образом. Может, вам случится поговорить с ней. Если так, постарайтесь переубедить Кэнайну, постарайтесь показать ей, какую роль она могла бы сыграть.
Озадаченный последними словами, Рори быстро поднял на нее глаза.
— Я полагал, что, забравшись сюда, буду видеться с ней все время, — сказал он.
— Это может оказаться не так просто, - сказала Джоан Рамзей. — Вероятно, она будет избегать вас.