— Не совсем… поясни.
— До сих пор мы имели дело с дилетантами… с недоучками. Ты же знаешь — в Империи культ искоренен много столетий назад, самалитские шаманы своими знаниями не делятся — так что у тех, кто собирался в капищах, были только обрывки нужных знаний. А теперь есть подтверждение, что культы действительно восстанавливают, и делают это те, кто в курсе всех тонкостей магических обрядов жертвоприношений… специалисты, Алекта их раздери… Слушай, братец, у тебя пожевать чего-нибудь во дворце найдется? Питье я вижу…
Летип молча вынул откуда-то снизу поднос с несколькими кусками мясного пирога и налил брату вина. Тот начал энергично поглощать завтрак. Император подумав, спросил:
— А как там этот монах — участвовал?
— Нет, мирно сидел дома, — невнятно ответил Вульпекс, прожевывая последний кусок пирога. — Похоже, ты был прав — я перебдел, как говорят в ведомстве префекта…
— Может быть, привлечь к делу Верховного Архимагистра Лара?
— Нет смысла, я с ним не так давно встречался. Лар — милейший старичок, в отличной форме для своих без малого двухсот лет, в очень здравом уме и памяти. Но его уже много лет не интересует ничего, кроме древностей времен Разлома. Он меня выслушал, сделал пару толковых замечаний, но тут же отослал к "этому мальчику Гистосу", и перевел разговор на свои расшифровки манускриптов из монастыря Малых гор…
— Ну, смотри сам… я, кстати, вызвал тебя, в основном, по другому поводу… Вот — прочитай! — и император протянул Вульпексу лист с расшифрованным донесением наместника Клавдия. О том, что автора послания уже нет в живых, они оба, разумеется, еще не знали. Вульпекс быстро прочитал.
— Так, ты был прав — в Раменье завелась гнильца… Получается, что мой человек в Тарсее прохлопал ушами… да, что-то многовато проколов получается… Ладно, иду принимать меры! Есть еще что-нибудь скверное?
— Пока нет, — серьезно ответил Летип.
— Ну, так я — в контору. Всё равно уже ясный день на дворе… да и дела не терпят.
Помещения секретной службы размещались в огромном комплексе зданий Старого дворца, в котором уже более столетия обитали всевозможные канцелярии и департаменты. Вывеска у входа гласила: "3-й церемониальная канцелярия Его Величества, отдел архивов". Случайно забредшего посетителя встречал подтянутый вигилл в форме, и вежливо объяснял, что приема сегодня нет, а так же подсказывал, как найти другой нужный департамент. Тех, у кого действительно оказывалось дело в данную канцелярию, провожали в специальную комнату для посетителей, с особой магической защитой. Сотрудники, а также и те, кто по доброй воле никогда бы сюда не ступил, попадали в канцелярию через отдельный ход, который вообще вывесок не имел и отпирался только изнутри. У этого входа находилось место оперативного дежурного по отделу. Сюда и прошел Вульпекс, оказавшись в общей комнате, где обычно царил гомон, а сейчас стояла подавленная тишина, несмотря на то, что тут собрались практически все, кто не был на постах в городе. Заместитель Вульпекса Гурий, уже сменившийся, переодетый и помытый, первым заметил начальника и приподнялся в приветствии.
— Что там с Колем — кто-нибудь узнавал?
— Будет жить! Но состояние тяжелое, проваляется не меньше пары месяцев. Жрица Сешат магистресса Веста — лучший специалист по повреждениям магией смерти, говорит, что его вовремя доставили — еще бы четверть часа и всё, не спасти…
— Ну, хоть что-то хорошее… — Вульпекс остановился посреди комнаты, не дойдя до дверей кабинета. Гурий кашлянул и сказал:
— Мы тут, помянули ребят — Ника, Рена и Мирту… Чуть-чуть, не в ущерб службе…
— Да, налейте и мне, — на столе появилась маленькая стопка, и кто-то плеснул в нее слабого красного вина, которое исстари считалось "поминальным", хотя никто не мог сказать, почему именно оно.
— За наших товарищей — чтобы их души посетили Лазоревый Ковчег и вернулись в наших детях! — Вульпекс произнес ритуальную формулу и выпил вино одним глотком. Поставив стопку, он сказал, направляясь к своему кабинету:
— Тем, кто ночью участвовал в облаве — отдыхать до завтра. Остальные — за работу. Гурий, через четверть часа зайдешь ко мне.
В кабинете Вульпекс отодвинул панель, скрывавшую его личный сейф, снял сигнализацию и достал три папки — личные дела погибших сотрудников. Потом, покопавшись, вынул еще одну — с донесениями резидента из Тарсея. Сев в кресло, он внимательно просмотрел последние рапорты. В дверь постучали, и вошел Гурий.
— Нужно послать в Тарсей проверку. У меня есть сведения, что Ведрий не справляется с делами. Вот, прочитай его рапорты и подбери кандидата. Это срочно, — он протянул помощнику папку. — Кто там у нас из Раменья?