— Ты что… делаешь? — шепчу севшим голосом.
— Ничего. — невозмутимо ответила она, а ее рука сместилась ко мне на грудь, а сама девушка уже целиком прижалась ко мне.
Что она творит?! Я же не выдержу!
— Спасибо. — прошептала она на ухо и развернула меня к себе. Удивительная сила. Или это я слишком сосредоточился на борьбе с гормонами?
Еще мгновение, и ее губы соприкоснулись с моими. Обжигающий поцелуй, но одновременно с этим и осторожный. Она боится, что я оттолкну ее… Не выдерживаю и отвечаю на него. Стоило мне сделать это, как поцелуй наполнился страстью, а руки Амилии начали скользить по моему телу, смещаясь постепенно вниз.
Не остаюсь в долгу и касаюсь ее спины. Проведя рукой ниже, обнаруживаю что девушка полностью голая, она так и не оделась… Остатки самоконтроля окончательно слетают, и я набрасываюсь на Амилию как изголодавшийся зверь. А та сама не лучше. Мы оба хотим одного и того же и похоже одинаково сильно. Так зачем отказывать друг другу? И куда только делась ослабленная девушка, только-только пришедшая в себя после долгой болезни?
Извини староста, но иди ты в пень, переживу как-нибудь твой гнев! А на счет всех моих остальных опасений… все это будет потом, поживем увидим.
Амилия проснулась, но шевелиться или как-то иначе показывать это не спешила. Совсем. Ей было хорошо, и она хотела растянуть это ощущение на как можно дольше. Она приоткрыла глаза и посмотрела перед собой. Вокруг было темно и почти ничего не видно — солнце еще не встало, на улице царила ночь, а костер давно погас. Амилия повернула голову и посмотрела на рядом спящего человека. На ее губы сама собой наползла улыбка. Девушка была счастлива и ни о чем не жалела. Будь у нее возможность, она бы снова и снова повторила произошедшее этой ночью.
Вначале, только еще придя в себя, Амилия была немного растеряна. Она не до конца понимала, что произошло и как оказалась в этом месте. Последнее что она помнила было весьма расплывчатыми и не давало ответов на многие вопросы. А еще ко всему примешивалось то что она успела увидеть пока болела, что вносило еще больший разлад в ее воспоминания и ей было сложно отделить где была реальность, а где привиделось.
Но после на редкость краткого рассказа Чужака все детали прояснились, даже те про которые он умолчал и которые были чуть-ли не самыми важными. И если раньше этот парень ей был просто симпатичен, то после того что она вспомнила и поняла это чувство переросло во что-то иное. Она вспомнила, как он согревал ее ночами своим телом, как отдавал ей еду что добывал, почти ничего не оставляя себе. Как пытался вылечить ее магией, хотя та давалась ему с большим трудом и болью. Она вспомнила как он пытался любыми средствами спасти ей жизнь. И при этом явно не рассчитывал ничего получить в ответ. Он просто ее спасал.
Было ли новое чувство какой-то извращенной формой благодарности? Амилия не знала, но даже если и так, то ее все более чем устраивало и менять что-то она не хотела, даже будь у нее такая возможность. Она была счастлива и этого было для нее достаточно. Пусть возможно ее счастье продлится недолго. Может даже до рассвета, а потом Чужак проснется и оттолкнет ее, решив, что все произошедшее было ошибкой. Но сейчас она была счастлива и наслаждалась этим чувством, буквально купалась в нем.
Повернувшись на бок, она положила свою голову на грудь Чужака и слушая как бьется его сердце провалилась в сон.
Сказать что староста деревни был зол — это ничего не сказать. Он был в ярости и окажись в тот момент перед ним какая-нибудь тварь из Леса, то он бы порвал ее голыми руками не задумываясь. И причина его настроения была вполне определенной — уже прошло столько времени, а отряд охотников до сих пор не вернулся. Его дочь не вернулась! И ладно бы только это… То что отряд задерживался было не сильно страшным событием, если бы не еще кое-что.
— Борст, ты сделал что я просил? — спросил он у лекаря деревни, который сидел в углу комнаты и всеми силами старался не попасться мужчине под руку.
— Да Самир. — ответил лекарь и замялся с ответом.
— И что? Не тяни, Борст! Я сейчас не в том настроении.
— Ничего Самир. Их амулеты не откликаются, как и Чужак.
— Ра-а! — заревев староста обрушил свои кулаки на стол. Чего тот не выдержал и разломился на две части.
— Успокойся, это еще ничего не значит! Ты же сам знаешь каким бывает Лес. Может они слишком углубились в него, вот я и не могу ничего почувствовать. В любом случае это не значит, что они мертвы. — попытался Борст успокоить своего друга.