Карл медленно повернулся к нему. Всё его прежнее подобие вежливости испарилось. Смуглое лицо стало каменной маской, а голос прозвучал тихо, но с такой ледяной убеждённостью, что по спине пробежали мурашки.
— Мир кончился, падрэ. Ваши проповеди и выборы хороши для воскресной школы. Теперь правит тот, у кого ствол крепче. И кто имеет смелость этот ствол использовать.
В зале повисло напряжённое молчание, которое вот-вот готово было взорваться. Карл бросил открытый вызов. И все теперь понимали, обратной дороги нет.
«Может, пристрелить его прямо сейчас, — подумалось мне. — Встать, направить ствол и бах!»
Нет, не вариант совсем. Будет много жертв. Здесь женщины и дети, и не дай бог начнётся стрельба…
— Не надо, пожалуйста…»
Рука Скай судорожно сжала мою, и я понял, что она почувствовала мои мысли, или просто инстинктивно уловила нарастающее напряжение.
Вечер в Интернешнл-Фолс опустился серый и бесцветный, словно сама тьма боялась крепчающего мороза. Мы с Мэттом и Роем как раз заканчивали укреплять ворота у старого гаража, когда из-за угла, путаясь и спотыкаясь, выбежала одна из девушек с кухни, Лиза. Её лицо было белым как снег.
— Дэн! Мэтт!
Голос девушки сорвался на визг.
— Что?
— Они… Они на складе!
— Кто?
Признаться, у меня мелькнула мысль о заражённых. Что они каким-то образом, несмотря на мороз, оказались в нашем городке. Животные… Или бывшие люди.
— Карл и его люди! Заперлись внутри и никого не выпускают!
— Что?
— И… И с ними женщины! В том числе Скай и Бэтти там были!
Холодный комок сжался у меня под сердцем, затмивая собой всё, и боль в животе, и усталость. Скай. Внутри всё оборвалось. Я не помню, как бросил лом и побежал, срывая с плеча свой «Глок». Мэтт бежал рядом, и по его лицу я понял, он слышал только одно имя: Бэтти.
К складу, приземистому кирпичному зданию, уже сбегались люди. У главной двери, широко распахнутой, стояли двое людей Карла, Майк и тот самый Тодд. Они держали на изготовку винтовки. А в проёме виднелась фигура Карла. И чуть дальше, в полумраке склада, я разглядел женщин. Они сидели на ящиках. Их окружали остальные бандиты. Сердце ёкнуло. Я увидел пшеничные волосы Скай. Она сидела с прямой спиной, сжав кулаки, но на её лице был не страх, а холодная, кипящая ярость.
— Барлоу! — крикнул Карл, увидев подбежавшего шерифа. — Всё меняется. Мы берём контроль над складами. Продовольствие, медикаменты, оружие. Теперь это наше. А эти милые дамы, наша страховка.
— Карл, ты сошёл с ума! — гремел голос шерифа, но в нём впервые слышалась неуверенность. — Выпусти их, и мы это обсудим.
— Обсудим? — усмехнулся Карл. — Мы не для дискуссий тут. Новые правила просты: вы выполняете то, что мы скажем, и никто не пострадает. Особенно они.
— Да ты просто бредишь!
— Ничего подобного.
Внезапно Скай рванулась с места, но один из бандитов грубо оттолкнул её назад.
— Дэн! Не слушай его! — крикнула она, и в её голосе была не просьба, а команда. — Он блефует!
— Заткнись, сучка!
Этот крик разозлил меня. Я увидел, как её грубо оттолкнули, и что-то внутри щёлкнуло. Яростная, слепая злоба затопила мозг, выжигая всю боль, все сомнения. Они смели тронуть её. Мою женщину…
Шериф Барлоу сделал шаг вперёд, подняв руки.
— Последний раз, Карл. Отпусти заложников.
— А если нет?
— Ты окружён. Все равно вам не выбраться со склада. Так что, просто не глупи.
Ответом был выстрел. Неожиданный, оглушительный. Пуля ударила шерифа в плечо, разворачивая, отбрасывая его назад. Он с воплем рухнул на снег, хватаясь за рану. Кровь, алая и яркая, растеклась по куртке. И всё завертелось.
— Сукины дети! — заревел Мэтт, и его револьвер выплюнул первую ответную пулю.
Начался крамешный ад. Воздух разорвали крики, выстрелы, звон разбитого стекла. Кто-то из жителей встал на нашу сторону, кто-то, к моему ужасу, присоединился к Карлу. Несколько угрюмых мужиков, которые, видимо, купились на посулы «сильной руки». Они открыли огонь по своим же соседям.
Я оттащил раненого Барлоу за угол, прижал ему к плечу тряпку.
— Держи! — крикнул я ему и повернулся к Мэтту. — Прикроешь? Проберусь через окно сзади!