На массивном столе короля оказывается несколько свитков. Октавиан изучает их задумчиво, но при этом с ощущением усиливающейся усталости.
- Слишком мягко. Ей нельзя оставлять выбор или его иллюзию. Чем раньше поймет, что выгодно быть послушным чадом, тем лучше для всех.
Верный Александр недовольно поджимает губы, но правителю не возражает. Если поправки необходимы, они будут внесены в максимально сжатые сроки. Сколько бы ни готовился и не рассматривал варианты, а остановиться пришлось именно на этом. Принцессе будет трудно, но юная леди сильна духом и походит на покойную мать не только лицом, но и характером. В этом и кроется источник многих бед. Один из них уж точно.
В присутствии безмолвных слуг, расставляющих затейливые канделябры, разгоняющие поздний вечерний сумрак, беседы на конфиденциальные темы не велись. Не хватало еще выдать тщательно охраняемую информацию вездесущим сплетникам.
Октавиан лишь справлялся о здоровье возлюбленной сестры и юного племянника. Конрад же почтительно и степенно отвечает на вопросы и поддерживает непринужденную беседу. Секрета в их дружбе не было, но мало кто способен был поверить в искренность этих отношений. Слишком уж высокомерен король и слишком уж услужлив его верный пес Александр Конрад. Ни к чему переубеждать болтливые рты. Порой страх – лучший помощник. Этот вечер – последняя передышка перед серьезным предприятием. Но даже видимость размеренной и привычной жизни не приносила спокойствия. В стенах замка его не было слишком давно. И обретенное было счастье, вновь покинуло толстые каменные стены, что не согревались даже жарким весенним солнцем. Но и теперь затишье казалось благословенным временем. Кто знает, что повлекут за собой перемены, и как они отразятся на остающихся при дворе наследных принцах. Даже идеально воспитанный и рассудительный Лирий не скрывал недовольства затеей отца, и его молчаливое послушание казалось самым страшным укором. Кей же был более пылок и не постеснялся высказать недовольства достаточно бурно, но и это не повлияло на избранную стратегию. И только младшая не подозревала, что ее ожидает. Не нужно обладать особыми талантами, чтобы увидеть, насколько шумный двор тяготил третью дочь короля, до первого совершеннолетия воспитывавшуюся практически в тепличных условиях. Хотелось утешиться тем, что отцовскую «милость» смягчит возможность оказаться подальше от наследников и столицы. Но обольщаться определенно не стоило. Все не пройдет гладко и безболезненно ни для одного из них.
I I
Не будет преувеличением утверждение, что сны приходят абсолютно к каждому человеку, не взирая на титул и желания. И в том нет ничего необыкновенного. Но как быть, если твои видения далеки от привычных ночных картинок? В последние дни нормального отдыха и вовсе не было. Причин для волнения хватало, но даже самые логичные варианты казались лишь глупыми отговорками.
Щедро нагретый солнцем валун – не самое достойное убежище, но в дальнем уголке обширного сада можно надеяться на желанное одиночество. Когда-то давно казалось, что день рождения – почти праздник. Небольшой промежуток времени, в который можно забыть о строгих запретах няни и наставницы. Пусть никто и никогда не устраивал шумных балов в небольшом поместье, доставшемся от матери, но искренние поздравления и скромные подарки были гораздо желаннее льстивых речей придворных и шепотков за спиной, бытующих в королевской резиденции. Жизнь вдали от двора, даже спустя три года, выглядела гораздо привлекательнее нынешней. И сейчас не понимаю, зачем понадобилась отцу после первого совершеннолетия. Поиск достойной кандидатуры для брачного союза – таков был официальный повод. Вот только верилось в это с трудом и мне, и немногочисленной свите. Двенадцатилетняя девочка, воспитанная в глуши – не самый лакомый кусочек для высокородных домов. А если принимать во внимание наличие двух старших братьев, наследующих корону и самые лучшие земли, то никаких перспектив у потенциальных женихов попросту не было. Возможности демонстрировать полученные знания и живой ум тоже не представлялось. Отношения с родителем столь сложны, что заинтересовавшиеся, если бы они и были, предпочли бы не связываться с правящим родом. Волею судьбы моя мать, Лия Семхан Аль-Лизар стала второй супругой Октавиана Вифанского, и случилось это уже по истечению траура короля по первой супруге Марлианне. Говорили, что монарх не смог устоять перед красотой одной из многочисленных дочерей Великой Династии Арристы. Множество послаблений дано было иноземке, не пожелавшей сменить веру и привычки, но ее Величество сумела завоевать сердца народа, только подарить супругу сына так и не вышло.